едва не упал в грязь, чудом устояв на ногах. – Давай же, мать твою, помоги мне положить его на телегу! Та-ак, взяли. С-сука, ты как берёшь?! Аккуратней! Я тебе руки вырву, ещё раз так схватишь! Быстрей, быстрей! Та-ак, клади. Теперь помогай. Тут держи! – Положив руки стражника на место, где нужно было прижать повязку, Далур принялся копаться в своём мешке. Меж пальцев стражника сквозь ткань текла кровь. – Ну брал же, брал! Где оно? А, вот! Та-ак, убирай руки. Убирай, говорю! Нет, клянусь сталью, я тебе их оторву, если не уберёшь! На вот, держи. Полей, когда скажу, половину пузырька. Вот сюда. Та-ак… Далур закончил с повязкой и снова позволил себе отвлечься от десятника. Возле стражника, стоявшего ближе всех к кусту, раздалось шуршание, и на дорогу вывалились два медвежонка. Они сразу испугались человека, и один из них пронзительно вскрикнул. Второй же, подражая взрослому медведю, встал на задние лапы. Он едва доставал человеку до пояса, но принялся тонко реветь и испуганно коситься на мать. Медведица с видимым усилием оторвала взгляд от глаз Молчуна и неуверенно заворчала. Тряхнула большой головой, словно стараясь отогнать какое-то наваждение. Спустя мгновение яростно взревела и кинулась к стражнику, оказавшемуся близко к медвежатам, со скоростью, какой никак не ожидаешь от такого крупного зверя. Одним ударом здоровенной когтистой лапы она опрокинула человека на землю и тут же сомкнула челюсти на его шее. Быстрыми и мощными рывками медведица трепала стражника. За рычанием зверя отчётливо слышался хруст кости. Морда медведицы быстро покрылась кровью. Человек безвольно мотался из стороны в сторону, словно кукла. Остальные наконец очнулись от оцепенения и с криками плотным полукругом обступили её. Но отогнать разъярённое животное от товарища не удавалось. Медведица встала на задние лапы и загородила собой медвежат, готовая убить каждого, кто сделает к ним ещё хоть один шаг. Над дорогой раздавались крики людей и оглушительный рёв зверя. Стражники делали короткие выпады мечами с разных сторон, и шерсть медведицы кое-где уже слиплась от крови. Молчун снова пронзительно свистнул. Его руки не останавливались ни на секунду, продолжая причудливый танец. На этот раз он смотрел на медвежат. Твёрдо и спокойно, словно стоял не на лесной дороге рядом с взбешённой медведицей, а на ярмарке в столице Левнара, знаменитой на всё королевство своим зверинцем. Медвежата притихли и заворожённо уставились на Молчуна. Полоса воздуха между ними исказилась на миг, поплыла, будто от