— Погоди. А ты разве не с Анечкой своей на свиданку убежал?
— Как убежал, так и вернулся, — пожал тот плечами, — Из мужской, так сказать, солидарности.
— Отшила, — однозначно решил Химик.
— Не отшила, а взяла время подумать, не слишком ли быстро развиваются наши бесперспективные отношения. В общем, это дело надо отметить!
— Какое еще дело? — не понял я.
Даже по такой обтекаемой формулировке было понятно: дамочка дала задний ход.
— Да Физик уже и сам не знал, как от нее отделаться. Не вывозит наш старичок ухлестывать за такой страстной и любвеобильной женщиной. А ведь я предлагал ему таблеточки… — хохотнул Химик.
— В жопу себе засунь свои таблеточки, — беззлобно огрызнулся отвергнутый Дон Жуан, продолжая извлекать из пакета сушеных кальмаров, соленые орешки и прочие закуски к пиву.
— Нет, ну если ты ТАК их использовал, то оно понятно, почему не сработало. Чисто на будущее — их обычно ртом пьют.
— Уймись, глистообразное, а не то мы сейчас с Уборщиком это все на двоих поделим…
— Не унимайся, — я оценил на глаз масштабы «трагедии», — Тут нам двоим впритык.
Мы разложили и рассыпали закуски по тарелкам, часть пива убрали в холодильник и расселись за столом. И Физик начал свой рассказ.
Как оказалось, я был недалек от истины: наш балагур-затейник действительно недолюбливал цыган. Каждого из нас в детстве родители стращали кем-нибудь жутким, кто забирает или наказывает непослушных детишек: бабайка, серый волк, дядя полицейский и так далее. Маленького же Физика пугали именно цыганами. Причем, не какими-то абстрактными, а самыми что ни на есть реальными, живущими в общаге по соседству.
Повзрослев, заматерев и опузев, он все равно продолжал относиться к представителям кочевой народности с определенной долей неприязни и настороженности. Пока однажды судьба не столкнула его с особо приставучей гадалкой во время одной из миссий Конторы.
Черноокая и златозубая прорицательница поняв, что «молодой и красивый» не собирается золотить ей ручку, тут же превратилась в злобную мегеру и начала осыпать его проклятьями одно другого цветастее и страшнее.
В ту пору он был уже не просто угонщиком, а самым что ни на есть Физиком, мутантом и супергероем. Поэтому молчать не стал, а огрызнулся в ответ:
— Дура, не видишь, с кем связалась? Я — древний шувано, и отныне все неживое, к чему прикоснешься — окончательно умирать будет в те же сутки.
Та лишь посмеялась и снова осыпала его проклятьями: и на русском, и на цыганском.
— Шувано — так они колдунов называют, — пояснил Физик.
Остальное было уже делом техники и грамотного использования суперспособностей. Причем, техники именно что в прямом смысле: жучков для подслушивания, маячка для отслеживания перемещений чернобровой сучки, и мощнейшей оптики для наружного наблюдения.