— Зачем это все?

— Мы должны быть уверены, что ты тот, за кого себя выдаешь, и что с тобой не будет неприятностей. Любого вида. Сам понимаешь: то, чем мы занимаемся — не для широкой огласки…

— Так же, как и мои аномальные способности. Но я, как видите, до сих пор на свободе, из жопы у меня не торчат электроды с маркировкой «Роснано», и на шее не выбит порядковый номер экспериментального образца.

Да и зачем? Если у меня там сидит микрочип неизвестного происхождения, а в голове прочно засел управляющий интерфейс?

— Уборщик… — словно пробуя на вкус, медленно проговорил Тренер, — Забавно звучит. Да и тебе подходит. Но не уверен, что наш маркетинговый отдел одобрит такой образ.

— Не вопрос, — я пожал плечами, — Могу быть Скользким. Или Мистером Пропером. Или Супер-Чистильщиком.

— Вот, держи, — он протянул мне пластиковый прямоугольник, — Это временный пропуск. Завтра тебя будут ждать для собеседования. Вход — через рецепшен фитнес-центра, там и спросишь у администратора. И уже потом, если все пройдет хорошо, будет тебе именной и персональный гладиаторский образ с костюмом и пафосным псевдонимом.

— А если не пройдет?

Тренер пожал плечами:

— Больше мы с тобой не увидимся.

Прозвучало это довольно зловеще, как по мне.

— Только у меня есть две маленькие просьбы.

— Да? — он удивленно вскинул бровь.

— Первая для вашего стилиста, или кто там придумывает образы: чур, никаких накладных усов, бакенбард и париков! И бриться налысо я тоже не хотел бы. И чтобы никаких стразов и вот этого всего блестящего в моем костюме…

— Гхм-гхм…

— Вторая: а можно еще раз в душ сходить? А то на съемной квартире трубу вчера прорвало, и мастер будет только вечером…

— Иди, — удивленно разрешил Тренер, — Полотенце тебе дать?

— Было бы замечательно!

Ну не объяснять же ему, что я просто тяну время в надежде, что пропавший Семен, он же Коматозник, вернется назад в рюкзак? Этот полупрозрачный говнюк даже не потрудился меня предупредить или хотя бы какую записку оставить!

На двадцатой минуте вынужденных водных процедур из стены совсем рядом со мною появилась голова.

— Явился, не запылился, извращенец, — недовольно пробурчал я.

— А там где я был — оказалось очень пыльно, между прочим.

— И где ты был?

— Искал свое тело.

— И как? Нашел?

— Нет. Но там же темно как у негра…

— Ясно-ясно, можешь не продолжать. Но ведь оно в коме, верно?

— Да.

— И раз ты еще здесь, а не там, — я указал на потолок, — или не там, — постучал ногой по полу, — значит, оно еще живо?

— Ну… Наверное.

— И наверняка подключено к каким-нибудь системам жизнеобеспечения: аппарат искусственного дыхания, капельница и вот такая штука, которая кардиограмму рисует и противно пищит, когда пациент помирает?