— О, где ты так долго скрывалась? Мы ж не виделись тыщу лет!
Встретились. Расцеловались. Принялись мило болтать — не лозунги же слушать?
А, между тем, совсем рядом, у административного здания Сорбонны, уже собирался полицейский кордон. Каски, щиты, дубинки… Резиновые пули и слезоточивый газ, верно, тоже имеются. Судя по всему — эти парни настроены серьезно!
— Ребята, знакомьтесь! Серж — это Аньез. Аньез — это Серж. Наш друг англичанин.
— Я не анг…
Впрочем, пускай будет англичанин. Этой, похоже, что все равно…
— Привет, англичанин!
Девушка протянула тоненькую ладонь… Ее бы следовало просто пожать, как принято у студентов, но… Сергей вдруг постеснялся… смутился… поцеловал!
— О, да вы прямо милорд! — расхохоталась Аньез. — Сразу видно, что англичанин.
Молодой человек замялся:
— Ну, если вам не…
— Может, все-таки перейдем на «ты», дорогой сэр?
Никакая она не блондинка. Вернее, такая же блондинка, как и Люсиль — крашеная. А что, ту так многие красились — модный цвет, под Бриджит Бардо. Волосы уже отросли, и видно стало — корни-то темненькие. Но, все равно, мило — очень мило… И личико такое — тонкий, чуть вздернутый, нос, темные аккуратные брови, ресницы — загнутые, пушистые… ах, Боже ты мой! Пухлые губки — и зачем их так ярко красить? Хотя — мода. Глаза… Большие, жемчужно-серые, с золотистыми искорками отражавшегося солнца…
— Потеряла где-то очки, — скосив глаза на полицейских, девчонка повела плечом таким видом, будто для нее это все было обычным плевым делом — ходить на демонстрации, на баррикады, устраивать пикеты и все такое прочее. Это, конечно, весело, что и говорить. Но, ведь может и дубинкой по спине прилететь! Как вот бедняжке Аннет. Тогда не очень-то весело будет.
— Недавно только купила…
Ох, как на повела глазами, как облизала губы… вроде бы невзначай, но с неким скрытым намеком… Или просто показалось?
— Ах, мой Дье, я так рада вас видеть! И тебя тоже, англичанин.
— Меня зовут Серж.
— Да-да, я помню — Серж. Ты забавно говоришь, Серж! Но, Серж, все понятно. Ты больше тренируйся, Серж!
А эта Аньез остра на язычок! Ишь ты… И… никакая она не девчонка. Хотя, на вид можно дать и шестнадцать, и двадцать… и даже двадцать пять! Но, не девчонка, нет. Юная женщина. Обольстительная красавица парижанка, знающая себе цену. Как она говорила, как держалась, смеялась… был в этом некий истинно французский шарм, сводящий с ума любого мужчину… Сергей вдруг почувствовал, что здесь он не был бы исключением, покраснел…
— Ах, Люсиль, я, верно, забыла очки в машине…
В машине! Ну да, она на демонстрацию на авто приехала. Хм… так и они — на авто. Да, наверное, многие. Правда и есть — тут даже студенты себе машину могли позволить, типа вот дешевейшего «Рено» или «Ситроена»… Да уж — не Советский Союз! Вот уж точно — с жиру!