Вопросительно посмотрел на визави.

— Это товарищ младший лейтенант, вероятно, вновь перечитывает текст шифрограммы, который он забрал у меня. Он сказал, что сам вам её принесёт. Вот, судя по всему, пока ещё не донёс.

— Ясно. Но что-то я не соображу, что там такого смешного? Это на версию про драконов так реагирует?

— Точно сказать не могу, но возможно, что нет.

— Но, что может быть ещё смешнее? Про драконов и так — смехота! И даже стыд. — Тут вновь до наших ушей долетел неистовый хохот Сергея. Я удивлённо посмотрел на Лазутина и попросил: — Сообщите тогда, пожалуйста, пока устно, о чём говорится в радиограмме.

— Конечно, — торопливо произнёс Лазутин и сам усмехнулся. — Там дальше идёт небольшая просьба — выделить им ещё один передатчик, так как тот, что они нашли в чемодане, из-за попаданий пуль пришёл в негодность.

— Гм, понятно… и, в общем-то, вполне логично. Только с этим делом не всё так просто. Я не знаю, есть ли у нас детали для ещё одного такого устройства. Кое-что есть, но хватит ли этого — пока сказать не могу. Впрочем, я всё равно не понял, из-за чего так заливисто хохочет Кудрявцев⁈ Он что там, с ума сошёл?

В коридоре раздавались раскатистые звуки истеричного смеха:

— Ха! Ха! Ха!

— Это, наверное, из-за последнего предложения в шифрограмме. «Центр» незатейливо интересуется, будем ли мы докладывать о случавшемся досадном недоразумении наверх.

— Гм, куда? Наверх? Гм, а это куда? — не понял я.

— Мы тоже были в растерянности, когда получили расшифровку. Товарищ Кудрявцев, правда, почти сразу предположил, что раз наши дроны летают по воздуху, то речь идёт о небе. И сделал, как ему показалось, разумный вывод: раз «Центр» полагает что у нас соответствующее начальство находится на самом «верху», то мы, по их представлению, вероятно должны быть какими-то небесными созданиями, которые лишь изредка сходят на землю, — прыснув, пояснил Лазутин, а потом посерьёзнел и высказал предположение: — Но всё это, конечно же, шутка. Если серьёзно, то, судя по всему, под «верхом» «Центр», очевидно, подразумевает другое. Например, наш Генеральный штаб, Ставку или какую-то секретную структуру, о которой они не знают. Возможно, они думают, что вы, то есть — мы, какой-то специальный вневедомственный партизанский отряд, который находится вне их подчинения. Вероятно, их это беспокоит, ибо они не могут понять, кто за нами стоит.

— Ну, да — интересно, — улыбнулся я.

Задуматься было над чем. «Центр» явно был в замешательстве, а потому нервничал. Через пару секунд размышлений я согласился, что в общем-то они не так уж и не правы в своих опасениях и предположениях. И действительно, со стороны им может казаться, что всё происходящее с нами, в том числе наше владение необычными, уникальными летательными аппаратами, можно объяснить только наличием у нас не менее необычных и уникальных секретных покровителей. А кто как не самый «верх» в политическом и военном руководстве страны может быть именно такими вот покровителями и заступниками⁈