Решил не торопить события и произнёс:

— Прежде чем выбирать путь, по которому мы пойдём дальше, считаю правильным: первое — начать глубокую разведку вдали от нашего леса. Смотреть на передвижение грузовиков, считать охрану, при выявлении складов стараться рассмотреть, что находится внутри. Второе — начать проводить эксперименты. На текущем этапе для нас главное даже не сами смеси и тому подобное, а разработка механизма зажигания боеприпаса и безопасного применения.

Сказав это, вновь обвёл членов отряда взглядом. Возражений не последовало. Все согласно кивнули. И даже Самсонов, который, к слову сказать, так и не высказался по поводу идей по поиску боеприпасов почесав бороду утвердительно качнул головой.

Решил исправить эту ситуацию и спросил:

— Кондрат Петрович. А что вы скажете? Вы не знаете, где у немцев можно минами разжиться? Может, какой-нибудь склад у вас есть на примете?

— Нет, товарищи! Не знаю таких складов, — слегка растерянно произнёс он.

— Жаль, — вздохнул я.

А Сергей его спросил:

— Слушай, дядька Кондрат. А на станцию случайно никакой эшелон с боеприпасами в последнее время не приходил? Не стоит у депо пара-другая вагонов с минами, снарядами да бомбами?

— Нет, — вновь покачал головой бывший стрелочник. — В последнее время они через нас вообще редко проходить стали. В объезд все паровозы пускают. — И, ехидно прищурившись, улыбнулся. — Думаю, не без вашей помощи это всё.

Кудрявцев улыбнулся в ответ.

А мне в голову пришла удивительная мысль, от чего я даже чихнул. А потом уточнил:

— Так значит, редко поезда теперь ходят?

— Да. Один. Максимум два раза в день, — сказал тот. — Говорю ж, они в обход согравского района теперича ездят.

Я уточнил:

— Но те, что ездят через Согравск, они боеприпасы возят?

Тот пожал плечами.

— Да почём я знаю⁈ Вагоны закрыты, и что уж в них везут, я не ведаю. Технику возят — это видно. Танки возят, их брезентом и сетками зачастую закрывают. Ну и уголь, там… камень… опять же — дерево — брёвна в основном…

— Ага-ага, — кивнул я и улыбнулся членам отряда, смотревшим на меня с интересом.

Быстрее всех догадался Кудрявцев:

— Только не говори, что ты собрался ограбить поезд.

— Неужели и вправду поезд? — обмер Лазутин.

Остальные просто стояли с открытыми ртами и смотрели во все глаза.

Я не стал томить народ, а откашлялся и произнёс:

— А почему бы и нет, товарищи? Немцы нам не оставили выбора. Поэтому пусть обижаются на себя. И раз уж так получилось, то хотят они этого или нет, а поделиться боезапасом им всё же придётся, даже невзирая на то, что этим самым боезапасом мы будем их бить и в хвост и в гриву до полного и безоговорочного уничтожения!