Потом достал револьвер. Откинул барабан — все семь гнёзд заряжены. Крутанул, щёлкнул обратно. Оружие вычищено, смазано, пахло оружейным маслом. Он заправил его в наплечную кобуру под пальто и застегнул ремешок.

Где-то в глубине дома хрипло пробили часы. Восемь ударов. Последний растаял в тишине.

Прошла минута. Две. На лестнице послышались шаги — тяжёлые, неторопливые, уверенные. Условный стук — два коротких, пауза, два длинных.

Человек за столом встал, отпер дверь и отступил в сторону.

Вошедший оказался невысоким, но плотным, увесистым. Лет тридцати пяти или около того. Лицо полное, мясистое, с тяжёлым подбородком и крупным носом. Маленькие тёмные глаза, глубоко посаженные, внимательные. Короткие чёрные волосы, зачёсанные набок. Усы. Губы толстые, плотно сжатые. Одет в добротное пальто, явно не дешёвое, шарф намотан вокруг шеи.

Он вошёл, огляделся, снял шарф, бросил на кровать.

— Добрый вечер, — сказал он. Голос был низкий, спокойный.

— Добрый. Присаживайтесь, — ответил полицейский.

Азеф (так звали вошедшего) сел. Стул скрипнул под его весом. Лампа качнулась, тени поплыли по стенам.

Полицейский достал из кармана сложенный лист бумаги и карандаш. Разгладил бумагу ладонью, положил карандаш рядом.

— Слежки за вами не было?

— Нет. — Азеф чуть шевельнул тяжёлой рукой, лежавшей на столе. — Я умею смотреть по сторонам.

— Сколько человек присутствовало на заседании?

— Пятнадцать. Трое приехали из Москвы. Один — из Одессы. Двое новых, совсем свежие. Без опыта.

— Кто их привёл?

— Я.

Карандаш тихо заскрипел по бумаге.

— Кто сейчас на деле ведёт обсуждение акций?

Азеф откинулся на спинку стула. Стул снова скрипнул.

— Формально — коллегия. Предлагают, спорят, критикуют друг друга… Фактически решения проходят через меня. Они этого не произносят вслух. Но ждут, пока я скажу формулировку, и потом голосуют за неё.

— Есть несогласные?

— Есть. Левитин требует ударить немедленно. Каждое заседание начинает одно и то же: нельзя медлить, момент уходит, народ ждёт. Ломов осторожничает. Считает, что нужно готовиться основательно.

— Кто контролирует средства?

— Касса Боевой организации. Деньги распределяю я.

Карандаш остановился. Человек за столом поднял глаза.

— Кто следующая цель?

Азеф ответил после небольшой паузы.

— Великий князь Сергей Александрович.

Имя прозвучало тихо. Лампа потрескивала. За стеной снова закашлялись.

— Подтверждено?

— Обсуждалось дважды. Решение фактически принято. Осталась техническая сторона.

— Способ?

— Бомба броском с близкой дистанции. Как обычно. Решили, что так надёжней, чем стрелять. Стрелок может промахнуться, руки дрожат, лошади дёргаются. Бомба — вернее. Хотя и тут может случиться всякое.