Может быть, нам несказанно повезло, что на Земле нет Храма? Мы развиваемся сами, не чувствуя своей ущербности. Мы тянемся к звездам, не предполагая, что можем оказаться в длинной шеренге отсталых, никому не интересных миров… Стоит ли искать Землю, открывать к ней широкую дорогу вместо нынешней извилистой тропинки? Не лучше ли вернуться на нее вместе с Даниилом… или хотя бы прекратить поиски, за которые в будущем меня будут проклинать тысячи поколений землян.

– Еще одно селение. – Голос Ланса вырвал меня из задумчивости. – Мы прочесали круг радиусом в сто километров вокруг корабля. Никаких следов…

– Продолжаем поиск. – Я сказал это не только Лансу, но и самому себе.

Я должен найти Землю. Хотя бы потому, что на ней уже побывал проходимец, купивший плутоний и титан за несколько дешевых технических новинок. И Данька, обычный мальчишка с Земли, не случайно оказался возле моего корабля. Кто-то включился в игру – а призом в ней Земля. И лучше уж протекторат Тара, обязанного своей свободой землянину, чем любого другого мира. Пусть я и не стану правителем Тара, но принцесса никогда не причинит зла моему миру.

Я найду Землю – или погибну. Это даже больше, чем любовь. Это жизнь Земли, породившей меня, и все, что мне дорого. Я буду убивать и нарушать незыблемые галактические законы, смогу стать предателем и палачом. Но Земля должна остаться свободной. Память миллионов предков, соленая вода земных океанов в моей крови – все это никогда не даст мне отступить.

– Снова деревня! – Данька с восторгом повернулся ко мне и снова прилип к экрану. Он искренне наслаждался происходящим. – А эти разбежались, трусы…

Ланс с улыбкой посмотрел на меня. Спросил:

– Даниил в полном восторге?

Я кивнул. Что-то заставило меня насторожиться…

– У вас красивый язык, принц. Непонятный, но его приятно слушать. Даже хочется выучить…

– Я русский бы выучил только за то, что им разговаривал принц… – привычно съерничал я и вдруг замолчал, сообразив, что меня насторожило.

– Поворачивай к селению, Ланс!

Вначале пилот выполнил приказ – с такой скоростью, что шар гравикомпенсатора сжался, поглощая предельные перегрузки. Ланс почти мгновенно изменил направление движения на противоположное. Данька застонал – для него оказалась чрезмерной даже полуторная перегрузка. И лишь потом Ланс спросил:

– В чем дело, капитан?

– Двоечник, – выдавил я, преодолевая навалившуюся тяжесть. – Чему тебя только учили в офицерском корпусе? В этой деревне жители нестандартно реагируют на появление катера! Они видели летающие машины и раньше!

– Понял…