меня на одну ступень с теми, кого знал до. Старые юношеские связи, уже занявшие определённое место в сердечной иерархии, подкреплённые воспоминаниями, стали её блеклой тенью, но эта тень прочно принадлежала им и никто не может вытащить их оттуда. Потому, что это мой пьедестал и мои воспоминания, которые всегда будут со мной, что бы ни происходило дальше. Те же, с кем познакомился после, никогда не доберутся до этой высоты. Я всегда буду сравнивать их с твоей матерью и задвигать туда, где им и причитается находиться — на отшиб сознания. И иного не дано, пускай прошло столько лет. — Если бы страсть между ними запылала вновь, — продолжил отец, подводя итог монологу, — то ваше знакомство с Хуаном потеряло бы смысл. Я не знал, что будет, и рискнул, надеясь успеть. И звёзды оказались на моей стороне — торнадо не случилось. Может он выберет её. А может остыл и будет охотиться за Фрейей — не важно. Важно, что после этой ночи у тебя есть шанс, и это главная моя победа позавчера. — М-да, отец, ну ты и стратег! — покачала головой Сильвия, окончательно приходя в себя. — Я видела, как они расстались. Там что-то есть, но… — Но я её сделаю! — Глаза Сильвии полыхнули, она вскочила и заходила по комнате. Эмоции в ней так и пылали. — Не надо недооценивать её, девочка моя, — остудил отец, покровительственно покачав головой. «Ах ты мой несмышлёныш!» — читалось в его взгляде. — Она тупая! Глупая! — продолжала яриться Сильвия. — Всё, что у неё есть, это красота мода и белоснежные волосы. Ничем не лучше моих, кстати, — перекинула она локон через плечо и оценивающе провела по нему рукой. Волосами она гордилась. — Она… Отец задумался, зажмурив глаза, но нашел подходящее слово. — Она МУЗА, дочка. Есть тип женщин, которые воздействуют на мужчин именно так. Ей не нужно быть умной, не нужно быть рядом в делах и помогать, не нужно строить какие-то планы. Музы вдохновляют, всего лишь, но с другой стороны аж. Кого-то вдохновляют на великие дела, кого-то на безумные поступки, кого-то на самые страшные преступления в истории человечества. Твой мальчик, например, пришёл в цитадель королевских амазонок не имея понятия, что он — Веласкес. И Тьерри уступила, пропустила его в кабинет, чтоб посмотреть, что за наглец там нашелся! Она ведь не сразу поняла, кто он такой. Да, его бы не взяли, не будь он собой, но внимание сильных мира сего он бы в любом случае привлёк. — Уверен? — Думаю. И интуиция редко подводит меня. Пауза. — Она вдохновляет своим присутствием, дочка. Огнём своей страсти. Ей не нужно