нас есть. Деньги, влияние — это будет. Ну, если есть мозги, конечно. Вот только к чему они, если нельзя пожить для себя? Нельзя взять и прыгнуть в омут, в какую-нибудь бездну, плевав на всё? — Сеньора очень грустно вздохнула. — Помнится, я тоже как-то прыгала в бездну его чёрных глаз… Куда это всё делось? — Она ностальгически и немного страдальчески скривилась. Аккуратно закрыла воду. — Беги, пока есть время. Пока он ждёт. А всё остальное успеешь потом. — И подмигнула ей через гладь зеркала. — Спасибо! — Сильвия поняла, что это судьба. Развернулась и пошла к выходу из уборных, после которого свернула не налево, к залам и главному выходу, а направо, в сторону кухни и технических помещений. Лабиринт оказался несложным и полностью соответствовал рисунку. А вот и выход на кухню. Перед ним Сильвия задержалась, но всего на пару секунд. После чего уверенно толкнула дверь и вошла. Помещение оказалось не слишком большим, но достаточным, чтобы не прослыть тесным. Здесь стоял фоновый гул голосов и писков оборудования, вокруг что-то жарилось, парилось, варилось. В отдалении один из представителей Юго-Восточной Азии раскатывал на специальном столе тесто. Вручную — уровень заведения обязывает. Две девочки-латинос суетились над несколькими плитами, проверяя режимы и состояние готовности продуктов. Она с непривычки растерялась, ресторанная кухня — явно не её территория, но перед ней мгновенно материализовался… Управляющий? Нет, управляющего она видела наверху. Кто-то из местных, из низшего персонала. «Менеджер низшего звена». Этот человек улыбнулся ей, уважительно склонил голову и произнёс: — Прошу за мной, сеньорита! — Глаза его довольно сверкали. Он-то и провёл её по настоящему лабиринту. Без него она не заплутала бы, но её определённо перехватил бы кто-то из персонала — дескать, кто такая, клиентам сюда нельзя. А огласки не хотелось — игра есть игра. Паршивец Хуан верно рассчитал, в заявление, что она ошиблась дверьми, никто не поверит, а слухи, что дочь самого богатого человека в солсистеме шляется зачем-то по кухням среди гастербайтеров и поваров… И чего ей там надо? Пусть ей и плевать на слухи, но они будут, что нехорошо. Потому дойдя до выхода на улицу с чёрного хода, к которому служащий её и подвёл, протянула ему из сумочки одну из завалявшихся там пластинок в сто империалов — Держите! За заботу. — Она мило улыбнулась. Провожатый расплылся в ещё более довольной улыбке и поклонился ещё ниже, лепеча слова благодарности. И когда наклонился, она обнаружила в кармане его