и двинула мне по ноге кулаком. — Ну, в своей возрастной категории… Почему нет? — сделал я наигранное лицо. — Ах ты ж… — В меня полетела диванная подушка. Я схватил её высочество и в ответ повалил на сидение. …Когда потасовка закончилась, и я гладил ей, лежащей у меня на коленях, волосы, задал следующий мучающий вопрос, понимая, что ищу отговорки и не нахожу. — А не боишься утечки? Идеальной защиты нет, как и идеальных мер безопасности. А если изображение твоего тела, или видео, проникнет в Сети, особенно Земные? Как ты будешь встречаться потом, к примеру, с Восточными лидерами? Или лидерами Европы? У них без платка ходить — позор, а ты… Голая! Вся! Ты в их глазах не будешь иметь веса, с такими не договариваются! Фрейя отрешенно покачала головой. — Глупый-глупый Ангелито! Главный аргумент, придающий серьёзности на переговорах, это не слава, а сила. Например, эскадра на орбите со включенными радиаторами. Знаешь, какую можно Земле иллюминацию устроить? Или понимание, что ты поставляешь этим людям до восьмидесяти процентов редкозёмов и лантаноидов, без которых загнётся их промышленность, и альтернативы у них нет. Я могу иметь открытую подтвержденную лицензию проститутки и прийти на переговоры голой, и всё равно буду иметь достаточный вес, чтобы со мной говорили серьёзно. А слава это так, тьфу. Для черни и массмедиа. Им же чернь тоже нужно образами «коварных» и «распущенных» венериан кормить. Ну, не будет моего изображения — найдут что-то другое. Не другое — третье. — Повод всегда найдётся, — срезюмировал. — Главное — причина. — И доходчивая аргументация, — заулыбалась она. — В виде эскадры на орбите… — А ты небезнадёжен! — Она поднялась, картинно оглядела пустой салон. — Так, Чико, нам ещё далеко ехать, а ты бездельничаешь! — Мышонок, я не уверен, что буду адекватно на тебя реагировать. Лично тебя, плевать мне на весь остальной пляж с афелия Седны, — признался, наконец, я в том, что на самом деле мучило, прижавшись к её лбу своим. — Прости, но ты вызываешь у меня такую бурю чувств… Глаза этой бестии довольно засияли. Какой же девчонке не понравится подобный комплимент? Она обняла мою шею руками, демонстрируя, что просто так не выпустит. — Мы будем работать над этим! — И приникла губами к моим. * * * — Я решила познакомить тебя со своими подругами, — произнесла она, когда мы вошли в раздевалку и начали снимать одежду. Раздевалкой оказалась огромная комната с гамаком, креслами, столиком, баром и душем в углу, и обилием зеркал с лежащими около разными женскими принадлежностями.