что происходит, почитая Венгерскую кампанию русских войск совершенно бессмысленной или даже забавной. И известие о падении Будапешта повергло его в шок. Та скорость, с которой русские «разбили» венгерские ополчения, привела австрийского императора практически в панику. Вторым ударом по его психике явился итальянский десант в Хорватию, который стал угрожать флангу Южной армии австрийцев. Третьим ударом оказалась мобилизация Османской империи. Турки, конечно, уверяли Франца-Иосифа, будто они хотят помочь, но его не оставляла мысль о том, что его южные соседи преследуют только одно желание — отхватить от империи хоть что-то. И беспокойство императора было не эфемерно. Дело в том, что с Османской империей сложилась очень не простая ситуация. Конечно, заключение союзного оборонительного союза и мобилизация войск были восприняты Веной положительно и позволили оголить все южные границы для усиления Итальянского и Прусского фронтов. Однако, несмотря на начало войны, османы границу перейти и помочь австрийским войскам не решились, так как формально из-за аккуратно организованной провокации получалось, что война для Австрии носит наступательный характер, а не оборонительный. И Османская империя не имеет юридических оснований в нее вступить. По этой причине итальянский десант, высадившийся в Хорватии, не встретил никакого сопротивления. Поэтому уже 11 июля Франц-Иосиф отдает приказ об отводе Южной армии к Вене, что серьезно оживило Итальянский фронт. Оставшиеся для прикрытия отступления части сопротивляются, но все оказалось бесполезно — уже 25 июля русский и итальянский корпуса соединились в пяти километрах южнее Вены и начали готовиться к штурму. В ходе отступления австрийцы понесли очень большие потери, прежде всего дезертирами, поэтому к столице смог дойти только двадцатитысячный корпус, причем сильно измотанный форсированными маршами. Общий штурм был назначен на 27 июля, однако он не состоялся — Вена взорвалась. Все прошло согласно договоренности, заключенной между Александром и Альбертом Ротшильдом. Венская коммуна разоружила оборонявшие город войска и начала переговоры с Сашей и Джузеппе о заключении мира. Само собой, побочным эффектом любого восстания подобного толка стали беспорядки, ведь организаторам приходится обращаться к самым придонным слоям общества — люмпенам. Без них не проходит ни одна революция, так как тот человек, что хоть чего-то добился в этой жизни, обычно не стремится на баррикады. Зачем ему это? А вот люмпены, которым нечего терять, очень