Когда я укладывал перевязь с подавляющими ментальную магию травами, богиня даже немного вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Мне не хотелось думать о том, что она пережила в застенках: захочет, расскажет сама. И я не был уверен, что так уж и хочу до конца знать, через что прошла Лу, пока была в плену.

Когда вещи были собраны, мы уже было двинулись с Орвистом на выход, но тут я понял, что выходить с Лу в таком виде в город — затея на три с минусом, даже не на крепкую троечку. Так что пришлось оставить ее и виконта в комнатах, а самому бежать на торговые ряды и к мастеровым. На улице было уже светло и первые лавочники должны уже раскладывать свой товар. Надеюсь, я смогу подобрать богине что-нибудь из одежды.

В размерах я не нуждался. Мы так много времени провели с Лу вместе, что я досконально выучил всю ее фигуру, вплоть до способности визуально определить подходящие по размеру сапоги. Посох пришлось оставить в комнате — слишком приметный — так что я надел пояс с мечом.

Повезло мне через полчаса бесцельных шатаний среди лотков и лавок. Подходящий комплект одежды нашелся у пожилой швеи, и должен был сесть на Лу, как родной. За кожаные штаны, просторную рубашку и короткую курточку я отдал восемнадцать серебра. Мог бы сторговаться и до половины золотого, но на самом деле, был просто слишком уставший, воспротивившись грабительскому ценнику чисто для виду. Но за еще серебряный получилось взять простой комплект белья.

Сапоги нашлись следом за одеждой — невысокие, из мягкой выделанной кожи и достаточно легкие для летней погоды. Я удивлялся, почему тут не дошли до сандалий, хотя был уверен, что где-нибудь в Ламхитане или южных оконечностях Республики Бренн только такую обувь и носят. Здесь же, все-таки, был север.

Прихватив еще всякого-разного, по мелочам — например, отдельную простынь для Лу — я двинулся обратно к постоялому двору.

К моему облегчению, ничего не изменилось. Орвист все так же сидел на топчане, дожидаясь меня на сумках, Лу же расположилась на второй кровати, упершись спиной в стену. Только когда девушка никак не отреагировала на мое появление с одеждой в руках, я понял, что она так и отключилась — сидя. Видимо простая еда с вином ее разморили и организм, плюнув на все, дал команду «тушите свет».

Я коснулся плеча богини, стараясь мягко разбудить. Лу дернулась, окинула комнату непонимающим взглядом, но поймав мое лицо тут же расслабилась. Вспомнила. Я понимал ее сейчас: сам так дергался еще неделю после того, как меня выпустили из темницы и отправили домой.