Филверелл сидел напротив и делал вид, что его крайне интересует пейзаж за окном, хотя по лицу темного было видно, что он испытывает отвращение и к этому городу, и к его жителям, и ко всей этой ситуации в целом. Все темные были похожи друг на друга: тонкокостные, долговязые, с крупными, острыми чертами лица и длинными ушами. У всех был почти одинаковый разрез глаз, у всех — правильные линии лица и ровные, крепкие зубы.

Со спины Филверелла было почти не отличить от Ирнара, последний только был чуть крепче и шире в плечах, но для того, чтобы заметить эту разницу, нужно иметь наметанный глаз. Выделялся же командор своей прической. Эрегор, как старый капитан рейнджеров Н’аэлора носил традиционный воинский хвост, который во время большой войны заплетают в тугую косу. Чтобы подчеркнуть свой воинский статус, Эрегор когда-то спилил свои зубы. Вырастить их до нормального состояния с помощью магии не особая проблема, но мой ученик откровенно наслаждался своей жуткой улыбкой. Лиан, следуя моде девиц из Гирдота, собирала свою гриву в косу ленивую, носила волосы через плечо и обрезала челку, оставляя длинные, чуть ниже подбородка пряди, которые закрывали часть лица. Филверелл же носил конструкцию из десятка мелких косичек, которые собирались в узел на затылке и ниспадали на плечи и спину эльфа серебристой волной.

А еще я видел серьезные различия в поведении Филверелла и моих учеников. Эрегор половину жизни провел в пограничье, много общался с людьми и гномами. Лиан вовсе росла со мной, хоть и Владыкой, но человеком, и постоянно видела вокруг только людей. Их поведение, да даже поведение лейтенанта Ирнара, который три последних года провел с Эрегором в Мибензите, не слишком сильно отличается от поведения обычных горожан. Конечно же, с поправкой на вечно недовольное выражение лица темных эльфов, которое они получают сразу же при рождении, да и красновато-оранжевый цвет глаз не добавлял их внешности доброты. Но вот речь, движения, эмоции — это все у перечисленной троицы было довольно ярким и непосредственным для темного эльфа.

Филверелл же был олицетворением высокомерия Вечного Леса, которое упоминается во многих песнях и легендах Минаса. Что бы ни говорил эльф, это звучало и чувствовалось фальшиво, будто бы перед тобой сидит огромная рыба и прикидывается человеком. Постоянно общаясь с Лиан, Эрегором и его темными, которых он понабрал непонятно где и непонятно почему все они согласились служить опальному советнику, я как-то позабыл истинную природу эльфов Н’аэлора.

Хотя Ирен была совершенно другой. Во всяком случае, я помнил ее другой.