— Э-э… — Дементьев понял, что со шрамами что-то не так, и лихорадочно прокрутил в голове возможные варианты ответа: — Ты ведь знаешь, что я сирота…

— Угу.

— Роюсь в архивах, пытаюсь найти хоть какие-то сведения о родителях… и наткнулся на этот файл. Стало интересно… — Илья помолчал. — Что это за шрамы?

— Я только что разглядывал такие же в истории медицины, — ответил будущий хирург. — Это шрамы от прививок.

— От чего?

— От прививок. Очень старая технология, которую использовали лет сто назад. Нынешние уколы такого эффекта не дают…

Медик продолжил рассказ о старых, «варварских» способах прививок от оспы и других болезней, но Илья его не слышал. Он уставился на фотографию Кирилла Грязнова и едва слышно прошептал:

— Сто лет? Сто лет?

* * * анклав: Москва территория: Царское Село жилой комплекс «Девять Башен» истина в людях — не в Цифре

Потратить время на сон? Отдохнуть, ожидая звонка Эмиры Го? Возможно, окажись на месте Урзака обычный человек, он бы поступил именно так. Но Бануму не требовалось много времени на отдых. Хорошая еда, контрастный душ, двадцатиминутная медитация, и Хасим полностью восстановил потраченные силы. А двух часов сна в сутки ему вполне хватало для нормального самочувствия. Поэтому, закончив изучение личных дел первокурсниц, Урзак оделся и направился в западную часть Москвы, где проживали четыре из пяти подозрительных девушек.

Как и любая корпоративная территория, Царское Село разительно отличалось от других районов Анклава, даже от столь цивилизованных, как Аравия. Улицы Царского Села убирали каждый день, владельцы магазинов и лавок следили за чистотой витрин и фасадов, повсюду клумбы и аккуратно подстриженные газоны, а включающиеся с наступлением темноты фонари наполняли территорию жизнерадостным светом. Не зазывающе-крикливым, как на Болоте, не угрожающим полумраком, как в Урусе, не скудным, экономным, как в Шанхайчике, а именно жизнерадостным, располагающим к неспешным вечерним прогулкам после удачного трудового дня. В парках и уличных кафе полно людей. Много улыбок, много детей. Очереди к аттракционам, шумят дискотеки, повсюду голоса, гул толпы, но скопление людей не вызывает раздражения. Настрой не тот. Да, нас много, мы толкаемся, натыкаемся друг на друга, с трудом находим свободный столик, но такова жизнь.

Безы в глаза не бросаются, но их тоже много. Синие мобили проезжают по улицам едва ли не каждые десять минут, в парках всадники, на перекрестках патрульные. Присматривают. Охраняют.

Разумеется, большинство улиц в Царском Селе были многоэтажными: что делать, в современном мегаполисе даже богатым не хватает места, но строили их продуманно, мостовые не нависали одна над другой, и даже с первого уровня можно было увидеть солнце. И не бояться, что кто-то опорожнит из окна мусорное ведро. А самые дорогие районы территории застраивались двух-трехэтажными особняками — особые зоны для верхолазов. Кованые ограды, декоративные деревья, вертолетные площадки и даже гольф-клуб, настоящий, занимающий такую площадь, на которой в Шанхайчике проживало около полумиллиона человек. Впрочем, путь Урзака лежал в другом направлении, не на вершину вершин, а в один из обычных районов Царского Села, заселенный богатеями рангом пониже.