Я тряслась, чувствуя жажду, от которой не было спасения. Зарывшись в подушки, я пыталась облизать пересохшие губы. Если честно, то я врагу не пожелаю такого!

Я тряслась, чувствуя жажду, от которой не было спасения. Зарывшись в подушки, я пыталась облизать пересохшие губы. Если честно, то я врагу не пожелаю такого!

«Ваше величество! Это ложь! Ей сейчас нужна кровь, чтобы она смогла протянуть до того момента, пока мы не найдем того вампира!», — спорил еще один голос.

Дверь хлопнула в другом конце замка, а у меня такое чувство, словно мне по голове. Как же холодно! Одеяла не грели, и я съежилась, обняв саму себя. Я опять провалилась в кровавую пелену. Кровавый холодный туман окутывал все, пока я нервно сглатывала.

— Замок сожгли, — послышался радостный голос, выводя меня из тумана. Сколько же времени я здесь валяюсь? Мне уже давно пора было сдать отчет принцессе! — Сожгли кладбище рядом! Разрывали каждую могилу! Вампиры готовы присягнуть на верность!

— Ты видел, что с ней твориться? Ищите эту тварь! — послышался знакомый голос.

Когда я снова очнулась, то увидела перед собой зеркало. Оно стояло перед кроватью, а в нем отражалась я. Видок у меня был еще тот! Ни о какой красоте речи быть не могло. Я напоминала пушистого енота. Серые тени залегли вокруг налитых кровью глаз. Волосы были взъерошены, а губы шелушились, словно у меня диатез. Кожа была мертвецки бледной, без единого яркого пятна. Цвет ее уходил в землистый… И это пресловутая вампирская красота? Мое отражение было полупрозрачным. Я видела очертания подушки за моей спиной.

— Это и есть вампирская красота? — прошептала я, снова нервно облизывая сухие губы.

— Кто тебе сказал, что вампиры красивые? Вампирская красота в глазах жертвы. Вампиры обладают даром очарования. Жертве они кажутся прекрасными, поэтому люди добровольно подставляют шею, — мрачно отозвался голос в темноте. Шторы были плотно задернуты, пока я подползала к зеркалу, глядя на свои клычки. — Это называется миф выжившего. Если жертву удавалось отбить, то потом она взахлеб рассказывала о красоте неописуемой, хотя остальные видели обычный труп.

По моим щекам потекли слезы, которые я размазывала полупрозрачной рукой. Я залезла под одеяла, свернулась и затаилась. Кровавый туман снова окутывал меня, а мне казалось, что я ловлю кровавые капельки языком. Очнулась я в полумраке. В комнате никого не было. Я убедилась. В зеркале отражалось болезненное чудовище со впавшими щеками.

— За что мне все это, — вздохнула я, чувствуя, как каждый вздох дается мне с трудом. На столике грудой валялись книги. Несколько стопок стояло на полу. «Тысяча советов, как убить вампира», «Убийство вампира для чайников», «Куда воткнуть кол? Сто двадцать одно отверстие», — прочитала я на обложках, содрогнувшись при мысли, что на этот раз это — конец. Доигралась! Клыки застучали, как каблуки по плитке, а я смотрела на свои бледные руки. Я свернулась в клубочек, тихо всхлипывая. Не хочу быть вампиром! Хныча и причитая, я накрылась одеялом с головой.