— Не вздумай улыбаться! Иначе все осыплется! — прошипела невежливая красавица, все еще проверяя ровность тона на своем лице. Мысли о том, что этой косметичкой пользуются не только остроухие девочки, но и остроухие мальчики, не давала мне покоя. Еще бы! За тысячу лет можно научиться делать отличный макияж!
— Не верти сильно головой, — предупредила вторая, расправляя пришитые волосы. — Иначе отлетят!
— Держи голову ровно, — иначе ресницы отпадут! — инструктировала меня третья эльфка, пытаясь накрасить мои губы.
— Ну как? — спросил надменный голос, а эльфочки тут же выстроились в ряд. Теперь я поняла, почему они не улыбаются!
— Вполне неплохо, — произнес красавец — король, жестом выгоняя красавиц за двери. — Как для уродливого человека очень даже сносно.
Он обошел меня со всех сторон, критично осматривая и довольно кивая.
— На фоне жалких людишек ты будешь смотреться первой красавицей! — заметил он, присматриваясь к моему тугому корсету. Я присматривалась к нему, прикидывая, когда лучше осуществить свой план. Стражи вроде нет, служанок тоже…
Глава десятая. Любовь — морковь и приключения Писикабры
Глава десятая. Любовь — морковь и приключения Писикабры
Эльф явно не желал выполнять пророчество, пытаясь отлепить меня изо все сил. В его красивых глазах застыл ужас, паника и так далее…
«Ты будешь защищать людей, заботиться о них! Беречь их и любить!», — решила добавить я, понимая, что чем больше внушение, тем сложнее его воспринимают. Вдруг лицо короля изменилось, а он улыбнулся мне широкой эльфийской улыбкой.
— Я теперь буду бороться за права людей! — решительно заявил эльф, гордо тряся головой. — Мы будем бороться за права каждого человека! Люди — это же тоже создания природы, как и цветы! Иди к папочке!
Меня внезапно схватили, гладя по голове.
— Кто красивая девочка? Ты — красивая девочка! Пушистая и милая! Ну, лизни папе щеку! Покажи, как любишь папу! — внезапно послышался голос, а меня чесали по голове. — А кто у нас сегодня на служанку бросился?
Меня подняли, поглаживая по голове, и засовывая мне палец в рот со счастливой улыбкой.
— Покажи папе зубки? Что? Не покажешь? — удивился король эльфов. Я смотрела на пол. Где-то там должна была лежать моя челюсть. — Папа просто посмотрит зубки! Если что — сменим корм! Давай глянем, а блошки у нас есть?
Пока я честно пыталась откусить палец, вырываясь и возмущаясь «такой любви», где-то в голове проносились отголоски того разговора с ректором. «Но ведь мое же внушение может помочь десяткам людей! Я имею в виду побороть какие-то психологические проблемы, избавить от алкогольной и зельевой зависимости. Это же полезный дар!», — слышала я свой наивный голос. «Ты никогда не знаешь, как обернется твое внушение. Вот, например, я. Ты можешь внушить мне любовь к себе. Ты точно уверена, что это будет любовь отца к дочери, а не любовь мужчины к женщине, или любовь одинокой женщины к своим котам?», — ответил ректор, глядя на меня грустным взглядом. — «Все мы вкладываем разное в простое слово «любовь». Видела у меня на окне мандрагора? Я люблю ее больше, чем бывшую жену. На этой почве мы с ней и расстались!».