— М-м-мед… У меня… Кхе! — просипел Бубончик, покрываясь огромными алыми пятнами. — Аллергия…

Он упал на пол, пока я смотрела на банку: «Не содержит магических добавок! Может содержать мед, яйца и сельдерей». Что делать? Я смотрела на несчастного, который валялся на полу, трясясь и задыхаясь.

— Погоди! — вспомнила я, что где-то в аптечке лежали дедушкины таблетки от аллергии. Я бросилась искать аптечку, но ее не было на месте.

— Где аптечка? — простонала я, видя предсмертные конвульсии аллергика. Вразумительного от «уборщика» я ничего добиться не смогла, поэтому бросилась выдвигать все ящики. Здесь нет, здесь тоже нет… Куда он ее мог положить? И тут мой взгляд упал на самый верх, где теснился хлам, мешающий ремонту. Из — под стопки кулинарных записей бабушки торчал уголок коробки.

Я помчалась за стульями, взгромоздив один на другой, я полезла наверх, опасливо шатаясь и поглядывая на несчастную жертву собственной близорукости.

Аптечка оказалась у меня в руках, а я открыла ее секретный замочек, доставая упаковку с остатками лекарства от аллергии. Едва не слетев со стула, я приземлилась на пол, разворачивая магическую таблетку. Плеснув воды в стакан, я подлетела к страдальцу. Упав на колени, я засовывала таблетку ему в рот, требуя, чтобы он сделал глоток.

— Пей, — шептала я, трясущимися руками заливая воду в чужой кашляющий рот. — Сейчас станет легче.

Бережно подняв чужие очки, я сложила их и положила на стол, видя, как пятна на руках и лице становятся не такими яркими.

— Давай, — вздохнула я, поднимая страдальца. — Пойдем на диванчик… Осторожней! Очки на столе! Я их потом принесу!

Я закинула его руку на плечо, разбрасывая ногой завалы старого хлама. Сгрузив свою стонущую ношу на диван, я достала подушку и одеяло.

— Не переживай, — прошептала я, ободряюще пожимая дрожащую руку. — Через час ты уже будешь в норме.

Очки легли на пыльную тумбочку, пока я с тревогой смотрела на страдальца. Но лицо его возвращалось в прежний вид, а дыхание выравнивалось. Опасность миновала, поэтому я выдохнула с облегчением.

Я сидела на полу и писала отчет про орка, стараясь избегать выражений: «Я приготовила оркам ужин», «перепутала эстрагон с эстрогеном» и всячески умаляя собственные заслуги во внезапно и необратимой смене пола.

«Цвет может выйти из моды, но жениться на принцессах ради войска — никогда! Оркам не знакомо слово «единственная», а поскольку мужики у орков в дефиците, то за самца придется побороться!» — сочиняла я, красочно описывая свои приключения и участь младшей жены.

— Мы с тобой друзья? — жалобно прошептал Бубончик, решив умереть окончательно и вопреки прогнозам.