— Так, — выдохнул начальник стражи, приглаживая рукой восстание усов. — Салями?

— Что? — уточнила я на всякий случай. — Мои родители были в своем уме, когда давали мне имя!

— Так зовут мою дочь! — округлились глаза у начальника стражи.

— Простите, — я загадочно замолчала, робко пряча глаза. Угадайка длилась долго. Внезапно, дверь в комнату распахнулась, а по дверному косяку сполз слуга.

— Его Величество требует, чтобы вы посидели пять минут в тишине! Он решает проблему государственной важности! — выпалил он с порога, а начальник стражи кивнул. Дверь закрылась, а мы умолкли. Ничего себе акустика в этом замке! Неужели ему там слышно то, что мы делаем здесь?

— У меня заканчиваются варианты, — простонал писарь, пытаясь вырвать клок волос на своей голове. Перед ним лежали исчерканные листы с вариантами. И тут мне стало их искренне жаль. Тем более, мы обещали посидеть в тишине. Я сидела, писарь и начальник стражи седели.

— Сиси, — прошептала я, видя, как писарь оживился, записывая в протокол мое имя с каким-то облегчением.

— Так, Сися! — негромко прокашлялся начальник стражи, а писарь лег на стол со стоном смеха. «Сися!», — тянул он, тихо всхлипывая и подергиваясь.

Дверь едва снова не вынесли вместе с нами. Слуга смотрел на нас, как на смертников.

— Его Величество обещает поубивать вас! И Сисю тоже! Если вы не потерпите пару минут! — произнес слуга, а мы снова умолкли, выжидая положенное время. Ничего не понимаю! Часы тикали, а я смотрела на платье, которое мне придется возвращать!

— Фамилия, — строго спросил пришедший в себя начальник стражи. Это первый на моей памяти стражник, у которого дергается глаз. — Сися, это допрос!

Я не дура, говорить свою настоящую фамилию, поэтому вспомнила девичью фамилию матери! Ту самую фамилию, которую она радостно сменила из-за неблагозвучности!

— На «ж» начинается, на «а» заканчивается, — вздохнула я, понимая, что быть шпионом не так — то просто. Что произошло с писарем, описать было сложно. Стон — всхлип нарушил тишину, а он сполз под стол. Понимаю, фамилия Жоба — не самая лучшая.

— Жоба, — снисходительно пояснила я, представляя, как маме тяжело было в детстве.

— Сися Жопа, — постановил начальник стражи, глядя в зарешеченное окно взглядом: «Уволюсь! Сегодня же!».

Я понимала, что скоро стану модельером. Кто еще будет отрабатывать одно платье в течении всей жизни. Нет, конечно, можно попробовать решить вопрос с помощью дара, но целоваться с девушкой мне как-то не хотелось.

— Вон отсюда. Все, — произнес голос в дверях. Писарь сгреб бумаги, едва не уронил стопку, начальник стражи отдал честь, вытянувшись металлической стрункой. Они покинули комнату, а я сидела в кресле, изучая ссадину на ноге. Что здесь происходит? Что это за дорожная разметка на всех полах?