Парень лежал на лёгкой складной кровати, выкрашенной в белый цвет. Рядом стояли и другие кровати, но лишь одна из них была кем-то занята. На ней лежал забинтованный с ног до головы человек. Его голова и лицо были скрыты под толстым слоем бинта.

Дмитрий находился в огромной палатке. Её разделяли своеобразные пластиковые перегородки с натянутыми между ними полотнами толстой, полупрозрачной плёнки.

— Эй! — крикнул Дима, но получилось не ахти как. Голос не слушался, предательски хрипя.

Никто не появился.

— Эй! Кто-нибудь есть? — повторил он, но уже громче.

Снова тишина.

Дмитрий кое-как сел. Свесил вниз ноги.

Посмотрев на них, Дима обнаружил на ногах странные красные пятна.

Он наклонился, натянулись провода, идущие от одного из аппаратов к липучке в области груди. Аппарат тревожно запищал. Дима отодрал одну из присосок, покрутил в пальцах и отбросил в сторону.

— Эй! Люди? Есть кто? — закричал он, что было сил. — Эй!

Где-то недалеко, прямо за перегородкой хлопнула дверь. Затем ещё одна. Один из листов плёнки приподнялся и из-под него выскочил человек в медицинском халате, камуфляжных штанах и ботинках с высоким берцем. Он торопливо подошёл к парню.

— Дмитрий! Вы очнулись? Как себя чувствуете?

— Кто вы? Что я тут делаю?

— Я доктор Игнатьев, врач этой медицинской части! Вы что, забыли?

Дмитрий задумался. А что он вообще помнил?

Гараж, база «Дьяволов», полицейский рейд, «Тигр», какой-то лагерь.

— Где я?

— Там же, где и последние сутки. В полевом лагере. У вас диагностировали лучевую болезнь.

— Да? Откуда?

— Вы не помните? — осторожно спросил Игнатьев, оценивающе осмотрев пациента, а затем вопросительно добавил: — «Астра»?

Точно! Её Дмитрий запомнил хорошо.

— Где Максим? Где Катя? — он почувствовал головокружение и тяжело опустился на кровать.

— Не волнуйтесь! С ними всё хорошо. Так, сейчас я поставлю вам углеводно-белковую капельницу. Вам нужно набираться сил. А она очень полезна в вашем состоянии.

Пока Игнатьев что-то там снимал, подключал, настраивал, Дмитрий лежал на кровати, смотря в потолок и заново прокручивая в голове события последних дней. Он и сам не заметил, как заснул.

Очнулся он уже глубокой ночью. Но теперь он находился не в палатке.

Лампы, подвешенные у потолка, работали в дежурном режиме, практически не давая света. Медицинские аппараты куда-то убрали, остался лишь один из них. Зато рядом стояли аж три капельницы. На треногах были подвешены плотные пакеты с какими-то лекарствами — трубки от них терялись где-то в районе одеяла.

Закрыв глаза, парень просто лежал, прислушиваясь к ощущениям. Боли не было. Слабость, вроде бы, тоже прошла. Хотелось пить.