— Назови себя! — потребовал Прометей, вытащив из кобуры пистолет.

Человек, по-видимому, кривясь от адской боли, кое-как прислонился спиной к борту, а затем нечеловеческим усилием стянул с головы противогаз. Его лицо не было знакомо никому из наёмников. А его обмундирование явно носило характер местного, кустарного производства.

— Ненавижу вас!

— Кто ты? — ещё раз спросил Костолом.

— Я знаю, кто это, — послышался голос откуда-то слева.

Обладателем голоса оказался начальник смены. Он и Катя подошли поближе, оценить последствия стрельбы кипятком. Гражданский, едва взглянув на раненого, узнал его.

— Ну?

— Это ренегат полковника Зимина.

— Кто? Ренегат? — переспросил Костолом.

— Да. В числе его подчинённых был капитан Теплов. У него в распоряжении имелся взвод солдат, которые отличались нестандартным, даже порой неадекватным поведением. Прямо перед тем, как «Астру» затопило, полковник Зимин отправил их куда-то на север с особым заданием. Почти неделю о них никто ничего не слышал.

— Интересно. Про «Волкодавов» мы знали, — негромко произнесла Катя. — А про этих ренегатов… Даже не знаю.

— Сколько вас?

— Ненавижу. Уроды. Твари, — израненный ренегат перешёл на крик. — Мы вам головы отрежем. На колья повесим…

Раздался сухой выстрел. Прометей убрал пистолет в кобуру, с отвращением сплюнул и отошёл назад.

— Зачем? — спросил Костолом, но ответ ему и так был известен.

— Какая разница. Толку от него.

С минуту было тихо.

— Уберите эти трупы, — наконец обратился к начальнику смены здоровяк, а затем развернулся и, не торопясь, двинулся обратно к аванпосту. Прометей, постояв с минуту, сплюнул и последовал за ним.

— Эй! Костолом. Есть ещё кое-что, что вам нужно знать.

— Что именно?

— Здесь внизу Бульдог. У него приказ номер семьдесят восемь.

Великан нахмурился. Он прекрасно знал, что именно означает приказ.

И оба знали, кто такой Бульдог — настоящий садист, животное, считающее своим призванием убивать людей. В Синдикате он работал там, куда остальные предпочитали не соваться. Этот представитель вышеупомянутой организации отличался невероятным хладнокровием и жестокостью. Был отличным стратегом. И вот теперь, если верить Прометею, этот маньяк здесь, в туннелях.

— Делишься информацией?

— Да. И за это ничего не прошу. С заданием Бульдога я не справился, а потому мне нет смысла его искать.

— Сколько вас было?

— В дрезине пять, я шестой. Ещё восемь в туннелях.

— Зачем вы разделились? Это же было неразумно.

— Бульдог так решил, — вздохнул тот. — Понимаешь, что это означает? Отвлекающий манёвр.

— Да. Идём за мной. Нужно кое-что обсудить.