— Я всё хотела спросить. Как прошла поездка в Москву? — они молчали, я уже не могла ждать.
— Всё сложно, — Пётр Михайлович сжал губы. — Но одно скажу, там есть умные люди и процесс сдвинулся. Если не напрямую, то как мы, будут искать способы развития. С вашего позволения, я, в частном порядке, обязался передавать доверенным людям последние наработки. Думаю, это в наших интересах.
— Конечно, — такому повороту я была рада. — Тогда я буду сразу вести записи с пояснениями.
— Вы золото, наша дорогая Анастасия Павловна.
Закончив все дела, отправились в академию.
По дороге Рокотов был неразговорчив, скорей всего не хотел мешать моей работе. Броня меня с ума сводила, поэтому, открыв блокнот, я всю дорогу делала наброски.
Приехали, когда уже стемнело. Юрий Андреевич затянул-таки меня к себе на ужин, на радость Михаилу, но на ночлеге не настаивал.
Во время ужина Рокотов-старший сам рассказал о новых дарах. Стелла с сожалением вздохнула, ей нечего было изучать. Мише разрешила изучить только Целителя, но он и за это готов был меня затискать. Наплевав на приличия, полез обниматься, но злоупотреблять не стал, ограничился лёгким сжатием плеч.
Какой же он большой и… пахнет вкусно, так и хотелось прижаться. Так, стоп, ещё о поцелуях начни думать! — ругала я себя. Работа, работа и ничего более. Подрастёт Настя, потом намилуешься, если будете вместе.
Глава 19
Очутилась у себя в квартире уже в одиннадцатом часу. Рокотовы задержали. А всё виноват Юрий Андреевич, который проболтался Михаилу о начавшейся работе с бронёй. Парень с меня не слез, пока я не показала ему наброски и первый блок.
Я начала проработку с руки, а именно с кисти. По мне она вмещает в себя все функции тела, так что на ней я могу отработать буквально всё.
Парень порывался примерить, но получил категорический отказ от меня и запрет даже думать об этом от своего отца. Но его порыв породил в голове другую идею, надо сделать чисто перчатки на руки, вдруг кому-то будет сподручней, чем полная броня. Ага, и сапоги на ускорение. Мысленно хмыкнула, где-то я уже подобное читала.
Потом обсудили следующий день. Миша навязался отправиться с нами на тестирование тренажёрного зала, ну и Стелла не отказалась.
Начинать работу не было смысла, поэтому после душа сразу легла спать и буквально провалилась в небытие.
Сны были путанные и беспокойные, но я ни разу не проснулась. Открыла глаза ровно в шесть, даже без будильника. Вспоминать, что снилось, не стала, не болею я этим. Бывают красочные интересные сны, которые отпечатываются в мозгу и дарят приятные воспоминания, но сегодня не тот случай. Послевкусие после ночи было не очень хорошим, надеюсь, не предчувствие чего-то неприятного сработало.