Вначале никто не понял, что происходит, ведь рунная сетка была видна только на руках и голове, и то не на всём, лицо было не задействовано.

Но когда я её стала наполнять энергией, то видно стало всем. Показался фактурный узор: огонь и вода, лава и лёд — мирно соседствовали рядом. Но стоит им вырваться за границу структуры, и перемирие закончится.

— Это малая часть того, что вас ждёт впереди, — поддала жара и языки пламени стали вырываться за границу структуры и одежды. Я посмотрела на руки.

Пылающие ручейки закручивались в рунные узоры, вызывая непередаваемые чувства.

Красота! — мысленно восхитилась и посмотрела на присутствующих.

Повисла гробовая тишина, и не только на манеже, утренние наблюдатели тоже замолчали. На меня все смотрели круглыми глазами.

Я резко развеяла броню.

— Вот это стимул! — протянул один из студентов.

— Там же вода? А с воздухом будет? — спросила девушка.

— Всё будет. Это прототип, который я не удержалась и показала.

— Опрометчиво так рисковать, — отчитал меня преподаватель огневиков.

Не стала ничего говорить, только ухмыльнулась.

— Тишина! — боевик повысил голос на галдящих студентов. — Сегодня разбор…

Я слушала урок и ловила себя на мысли, что рада тому обстоятельству, что я, по сути, не студентка. И диплом академии мне не нужен. Это прекрасно понимали все, в том числе и Рокотов, но тему не затрагивал. Но был неоспоримый плюс в том, что я числилась в академии — меня не могли никуда затянуть. Академия — мой опекун на эти годы и оспорить её права мог только Императорский Совет или моё добровольное решение покинуть эти стены. Был ещё способ — отчислить меня, но в моём случае такой возможности нет.

Поэтому я с улыбкой наблюдала за процессом обучения моим же техникам и где просили, помогала.

* * *

Новость о броне разлетелась в этот же день, и после ужина меня уже ждал Михаил. Встретила его с улыбкой.

— Настёна, ты кудесница! Так, быстро сделала! Мне просто не верится, — парень светился от счастья. — А с воздухом, когда планируешь?

— На днях приступлю. Как тебе на третьем курсе, не обижают? — спросила с сарказмом.

— Меня нельзя обижать, я же душка, — Миша поиграл бровью.

— Это точно. Ладно, пошла я, — решила уйти, не могу уже смотреть на него равнодушно.

Стимулированная горящим взглядом Михаила, решила «подготовить» броню к субботе, которую отдали третьекурсникам.

* * *

И вот она долгожданная суббота. Группа Рокотова-младшего будет заниматься после обеда, надеюсь, никто не обидится, если я покажу её вначале на их преподавателе, вряд ли он откажется.

Втянувшись в занятия, я не заметила, как прошли три часа. Сейчас обед, а после очередная демонстрация силы… представила глаза Михаила, и сама улыбнулась.