Но был среди них тот, кого моё присутствие обрадовало. Нет, это не Миша, хоть и соскучилась по нему, но госпиталь — это последнее место, где хотела его видеть. После того как я переоделась и зашла в отделение, меня встретил незнакомый мужчина в форме офицера, он буквально засветился от счастья, когда меня увидел.

— Доброе утро, Анастасия Павловна! Я главный военно-медицинский инспектор Алексей Константинович Слободский, вы временно передаётесь в моё распоряжение, — судя по лицу, казалось, он отхватил большой куш. — Пройдёмте со мной.

Ну что ж, опять меня передают в очередные руки без моего согласия.

За госпиталем нас ждала машина, и не одна, чуть в стороне стоял транспорт надзорников, слишком узнаваемый, чтобы спутать. Значит, всё согласовано заранее, и это не подельник начальника госпиталя. Отлично.

Алексей Константинович тоже глянул на автомобиль, реакция мне понравилась — спокойствие.

Ехали мы молча и недалеко. Управление полевыми лазаретами было значительно ближе к границе, чёрная стена буквально нависала и походила на волну, грозившую обрушится на нас. Но пугала она только меня, остальные даже не смотрели в её сторону.

В этом здании атмосфера походила на вотчину Сотникова, поймала себя на мысли, что уже соскучилась по этому мужчине.

Мы прошли в кабинет. Инспектор предложил мне кофе, я не стала отказываться, тем более он всё делал с улыбкой. Казалось, к нему пожаловала любимая сестричка, хотя, судя по возрасту, дочка.

— Вы вчера совершили чудо. Жаль, до меня только вчера дошла информация о том, что и до этого вы исцелили тяжёлых бойцов, — вот сейчас в глазах промелькнула злость.

В гарнизоне не всё так чисто, даже в одной структуре. И думаю, надзорники об этом знают. Скорей всего и сам начальник гарнизона замешан. Жаль, у меня нет времени распутать этот змеиный клубок и по отсекать головы.

Допрыгаешься, Настя, затянуть тебя подковёрные интриги…

— Я переговорил с Юрием Андреевичем, он всецело одобрил наше сотрудничество. Подписанные сегодняшним числом, бумаги прибудут через два дня, но я не хочу терять время. Если вам нужно подтверждение, есть заверенная стенограмма.

— Не нужно, давайте к делу.

— У меня к вам просьба… Я не требую открытия секрета вашей структуры, мне этого не позволят, — мужчина хмыкнул. — Но у вас, как я понял, есть возможность сделать готовые артефакты? — сказал не вполне уверенно, возможно, понял из контекста разговора, даже знаю с кем.

— Да. Я Рудольфу Александровичу говорила об этом, — пусть знает, что он обладал точной информацией. Алексей Константинович хмыкнул.