— Где она? — мне хотелось знать, но догадка пришла раньше, чем её озвучила Елизавета Алексеевна.

— На третьем этаже, там ей создали все условия.

— Она больна?

— Да, очень, постепенно её состояние нормализуется. Единственное, что могу сказать, вряд ли она когда-нибудь станет полноценной, — тётка кусала губы и пристально смотрела на меня.

— Я хочу её увидеть. Сейчас! — это звучало как приказ.

Елизавета Алексеевна продолжала на меня смотреть, но я всем своим видом показывала, что не отступлюсь.

— Хорошо, — тётка нащупала клюку, которая стояла сбоку кресла, тяжело вздохнула и с кряхтением стала подниматься.

Я не торопила женщину, ей тяжело давались подъёмы по лестнице, подставив локоть, терпеливо следила, как она переставляет ноги по ступенькам.

— Поскорей бы занятия с учителем, так хочется хоть немного научиться лечить, — я лукавила, просто мне надо было хоть какое-то оправдание для реального воздействия на больного, а не простое вливание силы, да и Елизавету Алексеевну отвлечь от неприятных дум.

— Похвально твоё рвение к учёбе, деточка, — сказав это, женщина глубоко вздохнула, а я слышала облегчение, казалось, я услышала её мысли… «наконец-то у нас будет свой целитель».

— Я только дома почувствовала себя полноценной и хочу наверстать всё упущенное, — мне придётся ползти с самого низа, но я сделаю всё, чтоб хотя бы приблизится к себе прошлой.

Мы поднялись на третий этаж.

Мне не с чем было сравнить, я, до этого, никогда не была в заброшенных помещениях, но сейчас мозг охарактеризовал чувства именно так: здесь не пахло жизнью, хоть и не было затхлости. Воздух буквально звенел пустотой, которой нет этажами ниже, там он плотный, обволакивающий, умиротворяющий, можно сказать. Возможно, мой настрой сыграл, а может так и есть.

Правое крыло этажа было погружено в темноту, а вот левое отгорожено ещё одной дверью. Тётушка погремела ключами и открыла её. Пахнуло чем-то приятным и слегка знакомым, — благовония, заключила я. Глубоко вздохнула.

— Ладан, — пояснила тётя. — Очень помогает, Поля хорошо спит после того, как окуривают комнату.

Я была в церкви всего пару раз за свою жизнь, поэтому не сразу поняла, что это. Настина память на эту тему совсем молчала, священников в институте она не видела. Не стала больше ничего расспрашивать у тётки.

В коридоре было слабое освещение, такое, чтоб только на стены не наткнуться. Несколько дверей, одна чуть приоткрыта, пропуская тонкую полоску тёплого света.

Небольшая комната, тусклый свет, напоминающий свечной, а нет, реально горит свеча. У одной стены стоит кроватка, рядом в кресле прикорнула служанка.