— Академия здесь точно ни при чем. Князь Горин преследовал свои цели, а ему никто бы не смог помешать. Слишком уж он могуществен.

— Да-а-а… Кто бы мог подумать, что такой высокопоставленный человек из благородного рода так низко упадет. Мы виделись с ним лишь раз, когда он приходил устраивать к нам своего сына. Князь показался мне таким спокойным и умным человеком, что я даже радовался, что он выбрал для своего чада нашу академию. Как же я ошибался, — он замолчал и тяжело вздохнул.

— Владимир Борисович, зачем вы мне позвонили? — прервал я затянувшееся молчание.

— А, ну да. Дело в том, что я решил продлить вам бесплатное проживание в отдельном доме до конца учебы. Камеру мы, естественно, снимем…

— Погодите! По поводу камеры у меня есть вопрос, — насторожился я.

Мне пришло в голову, что нападение в магазине было организовано Гориным, но до этого кто-то за мной следил. Если бы один из его дружков ходил за мной, то я бы засек или почувствовал, если не опасность, то хотя бы тревогу. Но ничего этого не было. Может, с помощью камеры он узнал, что я вышел из дома, а вот за пределами академии за мной уже было легче проследить. Так как камеру установили полицейские, значит, там у него тоже был соглядатай.

Я поделился своими догадками с ректором, и он ответил, что обязательно свяжется с начальником полиции и поговорит об этом. Мы условились, что будем держать друг друга в курсе дел и попрощались.

Переодевшись, я спустился в ресторан и сел за стол напротив Ефима Прохоровича. Чтобы не было кривотолков и сплетен я решил объяснить, что случилось вчера в Москве. Преподаватель положил в рот кусок стейка и так и застыл с ним, не в силах поверить в случившееся.

— Даже не верится, что все это правда, — наконец выдавил он и отложил столовые приборы. — У меня даже аппетит пропал. Почему ты мне обо всем не рассказал? Я бы помог.

— Как? — мне стало любопытно.

— Пока не знаю, но что-нибудь бы придумал.

— Свои проблемы решаю сам, — ответил я и поблагодарил официантку, которая поставила передо мной горшочек с запеченным мясом с овощами.

После обеда мы с Ефимом Прохоровичем двинулись в сторону комплекса. Я видел, что он искоса поглядывает на меня, но сделал вид, что не замечаю. Наверняка у него целая куча вопросов, но у меня не было желания на них отвечать.

— Если ты выиграешь бой, то тебе предстоит еще два, потому что таким образом будут распределяться первые три места. Осилишь? — с беспокойством спросил он.

— Увидим, — пожал я плечами.

Мы прошли в зал и сели на свои прежние места. Миша проиграл своему противнику и теперь сидел и дулся, прижимая лед к огромной шишке на голове.