— Нет. Тщеславие — это не мое, — усмехнулся я.

— Очень даже зря. Вот если бы вы поехали со мной, то в статье говорилось бы, что это я хорошо подготовила победителя, а так там будет Ефим Прохорович, — она недовольно покачала головой.

Я наклонился к Ефиму Прохоровичу и прошептал:

— В одной и той же газете будет написано, как я хладнокровно убил двух Гориных и как победил на соревнованиях. Интересно, как люди это воспримут?

— Как всегда. Сначала ужаснутся, а потом обрадуются, — пожал плечами преподаватель.

Всю дорогу до Москвы я проспал. Мне так хотелось досмотреть тот предыдущий сон, но ничего не приснилось. Проснувшись, я решил, что как только от меня отстанут из-за Гориных, сразу же поеду на поиски Семена Семеновича. Почему-то я верил, что именно он поможет мне вспомнить свою прошлую жизнь и помочь разбудить прежние силы.

Когда Ефим Прохорович вышел из каюты, я не удержался и провел горящим пальцем вокруг своего запястья, в надежде, что смогу создать огненный браслет, который столько раз видел во сне. Но, как и раньше, у меня ничего не получилось. Жаль, а так было бы удобно иметь браслеты, которые сами уничтожают врагов и усмиряют монстров.

Когда мы приземлились в Москве, я попрощался с Ефимом Прохоровичем, предупредив, что завтра вернусь в академию, и вызвал такси. Теперь, когда у меня в пространственном кармане было несколько тысяч рублей, я мог позволить себе не ходить пешком от станции к имению, а проехаться с комфортом в такси.

Пока ждал машину, зашел в ближайший продуктовый магазин и купил Даше вкусностей. А потом попросил таксиста остановиться у цветочного магазина и приобрел самый роскошный букет из тех, что там были. Он предназначался Марии Ильиничне, которая не оставила Дашу одну и, рискуя жизнью, поехала вместе с ней.

Приехал в имение я уже после девяти вечера. На этот раз дверь открыла кухарка. Она поздоровалась и пояснила, что все после ужина разбрелись по своим комнатам. Первым делом я пошел к комнате гувернантки. Возле двери замер в нерешительности. Все-таки было неприлично навещать так поздно молодую одинокую девушку, но потом я решил, что никто об этом не узнает, поэтому постучал костяшками пальцев.

— Даша, заходи, — послышалось из-за двери.

Я чуть приоткрыл дверь, откашлялся и подал голос:

— Мария Ильинична, это не Даша.

— Ваше Сиятельство? — она показалась из ванной в легком атласном пеньюаре и, спохватившись, тут же закуталась в длинный халат.

— Извините, что так поздно. Но с утра я возвращаюсь в академию, поэтому не будет другого случая поговорить. Могу зайти?