— Дело в том, что сейчас я набираю команду, чтобы зачищать новые Разломы. Мне нужны сильные и опытные маги. Всю добычу мы делим поровну, и за каждую зачистку Ведомство платит по тысяче рублей каждому. Конечно, это ни в какое сравнение не идет с заработком на этом ринге, но все же я осмелюсь попросить вас присоединиться к нам.

Бывший ректор выжидательно уставился на меня. Я же никак не мог решиться: выдать ему свою тайну или отказаться от предложения.

В это время Ефим Прохорович все же подошел ко мне и задумчиво произнес:

— Меня не покидает ощущение, что мы с вами знакомы. Не могли бы вы убрать броню и снять маску?

Мне не хотелось обманывать или убегать, поэтому я глубоко вздохнул и ответил:

— Конечно, мы с вами знакомы, Ефим Прохорович.

— Костя? — выдохнул изумленный преподаватель и, повернувшись к Владимиру Борисовичу, сказал. — Это Костя Родионов.

Мне стало не по себе от их ошарашенных взглядов, поэтому я предложил:

— Подождите меня на улице. Я заберу выигрыш и выйду.

Мужчины кивнули и направились к выходу, постоянно оглядываясь на меня.

Я зашел в кабинет Кристины, которая снова выглядела обворожительно с облегающем атласном платье.

— Костя, бой был просто эпичный! Я так за вас переживала, что чуть не бросилась на выручку, — восхищенно сказала она.

— Я был бы очень рад, если бы вы оказались рядом, — подмигнул я.

— А почему же вы мне так и не позвонили? — она выпятила нижнюю губу.

— Потерял вашу визитку, — развел я руками и сделал честные глаза.

— Вот, держите еще одну, — она протянула картонный прямоугольник.

Я поблагодарил и убрал в пространственное кольцо, так как до сих пор был закрыт призрачной броней.

Кристина отсчитала нужную сумму и протянула мне.

— Я буду ждать звонка, — томно протянул она и подмигнула.

— Обязательно позвоню, — соврал я и вышел из кабинета.

Владимир Борисович и Ефим Прохорович стояли на улице и тихо переговаривались. Я подошел к ним, смахнул броню и стянул маску.

— Костя, это действительно ты, — проговорил бывший ректор. — Но как? Как ты стал таким?

— Мне тоже это очень интересно, — кивнул Ефим Прохорович.

Под их пристальными взглядами мне стало не по себе, но рассказать про свою прошлую жизнь я не мог. Во-первых, мне казалось, что все равно никто в это не поверит. А, во-вторых, не хотел подставлять Семена Семеновича, который просил никому не рассказывать о своем Разломе.

— Я не могу вам рассказать, — наконец выдавил я.

Они переглянулись. По их взглядам я понял, что они именно такой ответ ожидали.

— Хорошо. Не хочешь говорить — не надо, — махнул рукой Ефим Прохорович. — Но ты хотя бы можешь сказать, какой у тебя ранг?