Чтобы не нести ответственности за то, что произошло, они решили переложить вину на меня, зная, что я охочусь в Разломе. Но со мной у них такое не прокатит.

Изумленный проректор, который никак не ожидал, что студент-первокурсник из обедневшего рода окажется неробкого десятка, сразу как-то поник и снова посмотрел на монстра.

— Тогда придется полицию вызывать. Илья Анатольевич, уберите это отсюда и отправьте уборщицу вымыть пол, — обратился он к преподавателю.

Тот кивнул, с помощью телекинеза поднял труп монстра и убрал его в пространственный карман в виде кольца. Я давно мечтал о таком кольце, но он стоит больших денег, которых у меня пока нет.

— Родионов, никуда не уходи из комнаты. Возможно, с тобой захотят поговорить полицейские, — предупредил проректор, и они вместе с преподавателем направились к лестнице.

— М-да, дела-а-а, — протянул Никита. — Это кто ж на тебя так ополчился, что даже не испугался такую гадину подложить? Неужели Горин?

— Не думаю. Зачем ему это? Уверен, он к такой гадине и на расстоянии выстрела бы не подошел. Интересно, как ее вообще через вахту протащили, ведь наш Иван Герасимович мимо себя и муху не пропустит?

— И не говори. Я в прошлом месяце хотел подружку к себе пригласить, так ведь он сразу понял, что она у нас не учится и не пустил, хотя пропуска ни у кого не проверяет. Всех помнит, старый пень.

— Ладно, расходимся, — махнул я рукой, вернулся в комнату и запер за собой дверь.

Ждать всю ночь полицейских я не собирался. Если понадоблюсь, пусть стучат, открою, если услышу.

Поужинав бутербродами с ветчиной и шпротами, я лег в кровать и уставился в окно, в которое заглядывала полная луна. Теперь мне было очевидно, что кто-то хочет моей смерти. Притом делает все, чтобы на него не подумали. Сначала история с Разломом, затем эта черная тварь. В предположение Никиты насчет причастности Горина я не верил. Зачем ему убивать меня? Было гораздо логичнее продолжать цепляться ко мне и попытаться снова устроить разборки, чтобы наказать.

Однако других идей насчет того, кто может быть причастен к этим событиям, у меня не было. Я ни с кем не конфликтовал, ни у кого поперек дороги не стоял, никому ничего не должен. А, может, меня с кем-то перепутали? Вдруг есть еще один Константин Родионов? Короче, чем больше я об этом думал, тем более невероятные предположения возникали в моей голове. В конце концов я решил, что нет смысла ломать голову над задачей, в которой столько неизвестных. Все равно ответа не найти. По крайней мере, сейчас.

Вскоре я услышал, как за дверью зашаркали, и понял, что пришла уборщица и отмывает пол от черной крови. Полицейских до сих пор не было, поэтому я завернулся в одеяло и заснул.