Так мы втроем, взяв друг друга под руку, двинулись по освещенной улице. Я глазела по сторонам, уже не стесняясь подружек. А чего стесняться? Многие идущие нам навстречу люди тоже с удовольствием рассматривали вечернюю Москву. Некоторые даже останавливались на мосту, который мы переходили, и подолгу стояли, глядя на…

— Это что, Кремль? — с придыханием выпалила я.

— Ну да, Кремль… Московский. — пожала плечами Лида. — Ты его не видела, что ли? В первый день после твоего приезда гулять ходили. И потом еще много раз.

Вера по своему обыкновению задумчиво глянула на меня, но промолчала. У меня зашевелилось нехорошее подозрение: кажется, она начала о чем-то догадываться. Я исподволь глянула на подругу. Нет, она все так же по-доброму и спокойно смотрела на меня. Надеюсь, мне показалось.

— Да видела, конечно, — снова попыталась я выкрутиться. — Просто вечером не часто его видела. Красота какая! Стояла бы и смотрела…

— Дашка, давай в следующий раз посмотришь! — товарка мягко, но настойчиво толкала меня в спину. — У нас время погулять есть, конечно, но не столько, чтобы часами на набережной простаивать. Сама знаешь, вахтерша в одиннадцать двери закроет — и все.

Идти втроем в один ряд было очень неудобно. В этот вечер на улицы вышли толпы народа. Они, как и мы, наслаждались последними погожими деньгами. Нас то дело ненароком толкали.

— Идите вперед, а я чуть позади, — предложила я и немножечко отстала, замедлив шаг. Так-то оно лучше будет. Пусть Лида и Вера идут впереди, болтая о своем, о девичьем, а буду помаленьку прислушиваться. Глядишь, что и полезное узнаю про себя теперешнюю: где именно мы живем, в каких условиях, где работаем, как принято вести себя. На заводе я раньше никогда не работала — сразу после школы устроилась в супермаркет у дома. Однако предстоящая работа у станка меня ничуть не пугала: вряд ли она тяжелее двенадцатичасовой смены в «Магните». Да и сложную работу мне вряд ли доверят. Скорее всего, нужно делать что-то нетяжелое, собрать-сложить или вроде того. Жилье есть, работа есть, вся молодость впереди — что еще нужно?

Я еще раз с удовольствием оглядела свои свежие, юные формы и заметила, как идущий навстречу симпатичный парнишка, по виду — лет двадцати пяти, очень похожий на молодого Рыбникова, улыбнулся мне и помахал рукой. Я неожиданно для себя тоже улыбнулась и помахала ему. Ну и что, что мне вот-вот стукнет полтинник? Об этом, кроме меня, никто не знает. Да по внешнему виду мне больше восемнадцати не дашь, и по паспорту. Кстати, о паспорте…

— Одна гуляешь? — вдруг уверенно поинтересовался юнец, притормаживая, и расправил плечи, пытаясь казаться мужественнее.