не забывали. Единственное, что отличало Белую башню от Черной — это цвета: удручающе светлые оттенки всех мастей, неблагоприятно влияющие на чувствительные глаза некромантов; раздражающее обилие зелени на подоконниках; множество канонически строгих портретов на стенах, с которых осуждающе смотрели великие предки; а также дурацкая традиция вешать на двери таблички с именами… как будто на небольшом курсе все поголовно страдали потерей памяти и были не способны запомнить имена соседей! Покосившись за спину, где неловко мялись двадцать девять сокурсников, покорно притопавшие следом за мной через телепортационную арку, я чуть не фыркнул. Эти светлые похожи на стадо баранов, где каждый с надеждой смотрит на соседа и ждет, когда тот сделает первый шаг! На этот раз первый шаг сделал я и без всяких угрызений совести воспользовался аркой, заодно проведя через нее остальных и благополучно добравшись до жилых помещений. — Эй! Как вы сюда попали?! — внезапно раздалось откуда-то сбоку, и из соседнего телепорта выскочил тщедушный мужичок с впечатляющей лысиной на макушке, бегающими глазками и жидкой бороденкой, из-за которой я тут же обозвал его про себя Козлодоем. — Кто провел адептов через телепорт?! Кто тут такой умный?! Я оглядел неприятного типа, который, видимо, должен был встретить нас сразу после общего сбора, и хмуро уронил: — Ну, я. — Кто позволил покинуть учебный корпус?! — почти завизжал он, наливаясь дурной кровью. После чего схватил висящий на шее амулет и нервным движением костлявого пальца усилил и без того яркий свет в холле, отчего присутствующие вынужденно зажмурились. — Почему не дождались сопровождающего?! Почему нарушили приказ ректора?! Я недобро прищурился. — Такого приказа нет в Академических правилах. И на собрании магистр не упоминал ни о каких запретах. Впрочем, может, ты объяснишь, почему весь первый курс Академии был вынужден топтаться в холле, как безродные щенки, дожидаясь твоего появления? — Чаво-о?! Как ты ко мне обраща…?! — возмущенно вскинулся мужик, но когда я, будучи не в духе, одним стремительным движением оказался рядом и тяжелым немигающим взглядом уставился ему прямо в глаза, осекся, звучно икнул и моментально сник. — А-а-а… дык это… молодой мастер… я ж того… случайно, что ли… — Ч-ш-што «случайно»? — прошипел я, не разжимая губ. — Мне рассматривать твое пренебрежение своими обязанностями, как оскорбление? Мужик вжал голову в плечи. — Не виноватый я… оно… это… само получилось! — Имя! — потребовал я, испытывая сильное желание начать