Правда, по пути ещё шлёпнул по лбу погруженного в сон Михаила, ибо время проспаться и радоваться новому дню.

— Б**, как же голова болит, — раздался стон Шорникова, когда я уже справился с тяжёлыми шторами и открыл окна. — Больше никогда пить не буду…

— Не, ну воду-то можно. Главное не из лужи, — подхватив еду, я подошёл к кровати и посмотрел на вздрогнувшего от моего появления мужчину. — Доброе утро.

— Твою ж мать… Это всё-таки был не кошмар… — мужчина зашевелился, пытаясь стянуть с себя одеяло. — Мама? Как она? И что со мной⁈

— Анастасия Николаевна всё ещё спит, но её здоровью ничего не угрожает, — балансируя подносом в одной руке, второй я помог Михаилу откинуть непослушное одеяло. Мужчина, всё ещё не придя в себя после магического сна, пытался сделать это одной рукой и явно не справлялся. — С вами тоже всё в порядке. Операция прошла успешно, погребение заказывать не пришлось.

Убрав одеяло в сторону, я дал возможность Михаилу рассмотреть свою новую конечность во всей красе. Впрочем, ценитель прекрасного из него определённо такой себе…

— Что это за уродство⁈ — возмущённо вскрикнул Шорников. — Что ты со мной сделал?

— А что, цвет не нравится? — я посмотрел на ногу зелёно-гнилостного цвета. — По мне, так ничего. Да и со временем кожа приобретёт естественный оттенок.

— Ты точно псих… — простонал Шорников.

— Я не псих, я просто весёлый, — я улыбнулся и потянулся к подносу. Вот только взял с него не тарелку с едой, а нож. — Хочешь тоже развеселиться?

— Нет… Нет… Нет! — мужчина от испуга закрутил головой и замахал на меня руками. — Не делай этого!

— Чего именно? — схватив нож за кончик ручки, я опустил остриё так, чтобы оно находилось ровно над пришитой конечностью. — Не отпускать?

— Да! Да! Не отпускай! — Шорников дёрнулся, однако было уже поздно, ножик выскользнул из моих пальцев и вонзился в ногу.

— А-а-а! — истошный вопль заполнил комнату, отразился от её стен и умчался куда-то на улицу.

— А-а-а? — переспросил я.

— А-а-а, — подтвердил Михаил, выдёргивая клинок из новой ноги, новой же рукой. При этом, правда, уже голося не так громко. — А-а-а как это? Совсем не больно…

— Ну я же не псих, в живого человека ножом тыкать. А ты у нас теперь зомби. Вот я тебе свежего мяса принёс. Подкрепись, — загадочно улыбнувшись, я протянул ошарашенному Шорникову тарелку с мясом, обильно политым кетчупом.

И хоть нарезка даже близко не была похожа на настоящую свежанину, однако Михаилу было всё равно. Увидев горку чего-то, покрытую красной жижей, он решил, что в обмороке ему будет спокойнее. Поэтому дважды моргнув и жалобно охнув, ушёл в страну бессознательности.