Впрочем, на счастье наёмника, куда именно, узнать ему уже было не суждено. На десятом ударе череп Кольта сдался и треснул, и мужчина погрузился во тьму.
Глава 16
Иркутск
Владения Серовых
16 июля 2046
Понедельник
Раннее утро
— Чай? Или, наверное, всё-таки кофе? В прошлый раз с ним как-то не сложилось, — я повернулся к сидящей за кухонным столом следовательнице.
В отличие от нашей первой встречи, в этот раз на Бекеревой вместо белой униформы была ветровка, спортивная майка и спортивные же штаны. Складывалось впечатление, что девушка прибыла на место происшествия прямо с пробежки.
— Если можно, то кофе, — ответила девушка, улыбкой пытаясь замаскировать рвущийся наружу зевок. — Совсем недавно из столицы вернулась. Разница в часовых поясах сказывается.
— А тут ещё звонят и тревожат по всяким пустякам, отсыпаться мешают, да? — колдуя над кофе-машиной, дополнил я. — Неужто у местной полиции людей не нашлось, кто может заняться подобной ерундой? Аж целого имперского следователя от, несомненно, куда более важных дел отвлекают.
— Начальство… — как-то странно протянула девушка, и я спиной ощутил её пристальный взгляд на себе. — Да и пятнадцать трупов на собственной лужайке — это какая-то ерунда для вас, Максим Витальевич? Причём трупы в таком состоянии, что парням из отдела приходится их по частям собирать, словно пазлы. Считай, только по головам и понятно, сколько было нападавших.
— Каюсь, моя вина. В следующий раз обязательно повешу табличку «Осторожно, злой осьминог», — подойдя к столу, я поставил кружку с дымящимся содержимым, после чего направился к холодильнику. — Вы завтракали? Могу предложить… м-м-м, вкусную… но вчерашнюю запеканку… Либо немного подождать, и вы получите свежеприготовленный нарубленный салат из… — я пробежался взглядом по полкам холодильника, — да из всего подряд, но гарантирую, что будет вкусно. И даже полезно.
— «Нарубленный» в свете последних событий звучит так себе, однако я рискну. Всё же не каждый день можно поесть что-то, приготовленное руками аристократа, — не стала скромничать Бекерева. — Конечно, если это не помешает вам отвечать на мои вопросы.
— Не помешает, я многозадачный, — я тоже скромничать не стал, тем более что сам себя не похвалишь, никто не похвалит. — Итак, что именно вас интересует? Чем я занимался три года одиннадцать месяцев и два дня назад ровно в полдень? Или какого цвета были шнурки у мужчины, с которым я, само собой, случайно, пересёкся за три дня до ночных событий в булочной?
— Максим Витальевич… — в голосе следовательницы проскользнули стальные нотки. — Я понимаю, что ваша излишняя разговорчивость может быть связана с пережитым стрессом, но всё же постарайтесь держать себя в руках. Пусть обстановка неформальная, я не против этого, тем более вы — пострадавший, а не обвиняемый, но определённые границы переходить не стоит.