Не знаю, куда я попал, но прямо перед глазами появилось что-то огромное, метра два в диаметре, зелёное и пульсирующее. Совершенно не отдавая себе отчёта, я превратился в Дракона и вцепился в это нечто когтями, принявшись драть из стороны в сторону. У меня было целых три минуты, чтобы насладиться уничтожением этого гада, после чего я собирался активировать свиток и благополучно идти на заслуженный отдых. Но вначале хотелось покромсать это пульсирующее нечто…

Даже не знаю, откуда во мне накопилось столько злобы… Уже через десяток секунд я подключил зубы, затем хвост, которым начал крушить всё, до чего он дотягивался, а когти продолжали без устали рвать в клочья пульсирующую сферу. Пару раз использовал Громовой удар, чтобы кальмародельфину жизнь малиной не казалась. Хотелось отыграться на бедном животном за всё, что накопилось: за Настю, за дебильных игроков, за плохую погоду и за моё попадание в Барлиону. Просто хотелось бить и крушить всё подряд…

Когда сфера взорвалась, окатив меня волной тёплой зелёной крови, я почувствовал себя полностью удовлетворённым. Воздуха оставалось на минуту, теперь можно смело взрывать свиток и особо не париться насчёт…

Скорость, с которой кальмародельфин изменил своё положение, была настолько огромной, что меня откинуло на спину и впечатало в стену. Купол больше не защищал от изменения положения, поэтому я начал сползать вниз по стенке в сторону хвоста. Даже несмотря на то, что упирался всеми когтями, что имелись, крыльями и даже хвостом, скорость, с которой кальмародельфин подымался вверх, была настолько огромной, что все мои действия нагло игнорировались. Единственная радостная вещь, случившаяся за это время, — внутри монстра исчезла вода, позволяя мне сделать вдох. Лучше бы я этого не делал…

Столь отвратительного, мерзкого запаха в своей жизни ни разу не ощущал. Благодаря тому что я находился в форме Дракона, на меня не действовали яды, но дышать от осознания этого факта тем не менее легче не становилось. Потеряв из-за запаха равновесие, я кубарем покатился в сторону хвоста по непонятному проходу, расположенному внутри кальмародельфина. По всей видимости, это пищевод, и сейчас я окажусь в желудке, где меня начнёт переваривать… Брр…

Пролетев метров тридцать, я смог зацепиться за ещё одну пульсирующую штуку. В диаметре она была не такой большой, как предыдущая — всего метр, — зато внутри сферы что-то находилось. Понимая, что активировать свиток Армагеддона всегда успею, я принялся рубить сук, на который попал, — вновь вгрызся клыками и когтями в мякоть пульсирующей части кальмародельфина, понимая: если она лопнет, я вновь полечу вниз…