— Вяжи её! — приказал Микки.

Девчонка хотела завопить, но я сунул ей в рот кляп. Связал Микки её надёжно. Да так и оставили. Потом уже дежурная процедура повешенья курток, одну в окно, одну под потолок на провод от лампы, следом морализаторские наставления и постановки метки висельника на шею.

Едва вышел в коридор, начала открываться следующая дверь. Я рванул к ней и влетел в рогатого, закидывая его в комнату.

Помимо него тут было ещё двое.

— Ты кто?

— Ваша смерть, — шагнул я в помещение.

Тот, что сидел у окна, выхватил биту из-под кровати, и его я тоже узнал. Он слетал в тележке с дамбы.

— Помнишь меня? — спросил я скалясь.

— Этот тот урод! — узнал он меня наконец.

Рогатый, что так и валялся на полу, поднялся и едва разогнулся, получил пинок в грудь, пролетел через всю комнату и врезался в товарища.

Обладатель биты ринулся на меня. Я присел под замахом и на выходе пробил точный боковой в ухо. Схватил за шиворот и долбанул в шкаф как тараном. Он упал, бита откатилась.

Ещё один рогатый тут же подобрал её. Сделал замах, пугая, я отскочил, и тут он вдарил со всей силы. Сзади был долбанный Микки. Под ногами тело. Ни увернуться, ни присесть.

Уклон!

Навык смог удивить — бросил меня вперёд. Я выставил щит, принимая смазанный удар на предплечье и плечо. Прихватил шею и бросил противнику колено в корпус. Толкнул и пробил ногой с разворота в живот. Его отбросило в окно. Раздался звон, и рогатый распластался на полу. В спине торчали осколки стёкол.

Последний схватил стул и кинулся на меня. Я ушел в сторону, пропуская рогатого мимо и делая подножку. Он рухнул на стул, ломая его своим весом. И так он удачно на нём прогнулся, что я не выдержал и подпрыгнул, приземляясь на икроножные мышцы.

Уровень боли даже представлять не берусь. Он заскулил и заревел. И тут уже Микки не выдержал и ударом ноги, отправил его в сон, исключительно из жалости.

После повешенья, разъяснительной беседы и связывания, мы направились в правое крыло.

Из первой комнаты доносилось характерное оханье. Дверь была заперта. Стесняться было уже нечего, так что я саданул ногой в область замка. Раздался хруст. Замок тут рассчитан на приличных людей и выполнял, скорее, функцию «не беспокоить».

К кровати с кляпом во рту и маской на глазах был привязан мой знакомец Лысый, который отпинал меня тогда со своим дружком. Сверху на нём сидела полная девчонка с розовыми волосами. Она испуганно обернулась.

Я приложил палец к губам. Зашёл вместе с Микки и прикрыл дверь. Особь оказалась на редкость понятливой. Слезла со своего кавалера.