Лупите ещё повезло, он просто махнул лапой, распоров ей ногу, а вот её однокласснице монстр откусил голову. Второй охранник выбежал и начал стрелять, не дав снова переключиться на Лу. Он тоже погиб, но оборотень получил целую обойму в грудь и попытался сбежать, обессиленно повиснув на заборе. Где его и добило прибывшее подкрепление.

Девчонке прокололи курс от бешенства. Потом ещё базовую противообороточную сыворотку. Но это не панацея, поскольку волк был лунным. Пришлось ждать первого полнолуния, чтобы убедиться, что она не заразилась. Не представляю, что чувствовал Хосе, когда приковывал собственную дочь к койке и сидел с топором у телефона, глядя через окно на силуэт так ненавистной ему в тот момент луны в ночном небе.

Но всё обошлось. Лу восстановилась, хотя это и высосало все деньги из семьи. И теперь вот она усиленно пытается догнать пропущенное за несколько месяцев.

— Ты молодец, — сказал я. — Скоро уже ты меня учить будешь.

* * *

Всё прошло хорошо. Домой вернулся довольный. Как бы там ни было, Элен сильно мне помогла.

— Ты-ы-ы. Как это? — спросил Пашка.

— Не поверишь. Такой у меня иммунитет.

Несколько секунд брат переваривал услышанное, а потом возмущённо начал наезжать на меня в прямом и переносном смысле, ещё и с криками:

— Колись, блин!

Я засмеялся и сказал:

— Элен вылечила.

— Она на тебя запала.

Я снова заржал.

— Брось. Уже завтра все будут думать, что я тупо перс Рин.

— Зачем тебе это?

— Чтобы не было вопросов и лишнего внимания. Бесполезного непися в интриги не вплетёшь.

— Тебе виднее. Но я бы лучше крутым был.

— Ты и так крутой, братец.

А вот мне таким ещё предстоит стать. И начнём мы с разработки мизинца. Потом, как обычно, тренировка со шваброй, а затем сон. Сон, полный трудовых подвигов.

Я щелкнул аппликатором и без жалости всадил иголки в палец, вызвав сокращение и сгиб. Хорошо, что он пока онемевший.

* * *

— Сегодня у тебя совсем иной настрой, — заметил Михаил.

— Проблема решилась, и впредь я больше не понесу сюда горести из того мира. Это тормозит развитие.

— Нельзя останавливаться на Пути, — как всегда со значением покивал гусар.

— У меня есть вопросы, — сказал я.

— Слушаю.

— Подземелье, где я был. Там находился босс. Точнее, два. В общем, неважно. Один из них вёл себя как пилигрим. Будто он навеки остался пленён главным залом и стал его рабом. Это правда?

— А даже если так, — усмехнулся Михаил. — Отступишь? Сойдёшь с пути?

Я задумался. Минуты текли, мы стояли неподвижно.

— Нет, — наконец решил я. — Но я хочу знать об этих рисках. Знать, за что рискую. Такая ставка на локациях первых уровней — это дисбаланс. Я требую честности и справедливости.