Женщина прошла на кухню. Достала овсяные хлопья с сухофруктами. Пусть ещё и не настоящая овсянка, вкус которой она уже забыла, но и не опостылевшие картонные крекеры.

— Гм-м! — не сдержала она удивления, когда увидела на полу длинный чёрный женский волос.

Она подняла его, прикинула к своим. Волос был сантиметров на пятнадцать длиннее её собственного. Богданова перевела взгляд на мужа. Он открестился и испуганно замотал головой.

Интере-е-есно.

Она вспомнила воду на своём шампуне.

— Интересно, — протянула она и пошла в комнату младшего, держа волос в пальцах.

— Паш, ты не спишь? — тихо спросила она.

Сын проснулся с больной головой, это было видно по реакции на голос.

— Не, уже одеваюсь, — отозвался он. — Сегодня трудный рабочий день. Дигма зовёт.

Женщина вытянула волос, оценивая реакцию сына. Парень мгновенно закаменел лицом.

— Ты что-нибудь об этом знаешь?

— Э-э-э… ну, это волос, — озвучил он очевидное, избегая смотреть в глаза.

— А я думала зубная нить для домовёнка. Отец завёл любовницу? — использовала она уловку, часто моргая, будто верила в свои слова.

— Да ты что, мам⁈ — спросил парень, и невольно, лишь на долю секунды, взгляд скользнул влево. На комнату брата. Опытному следователю… точнее, родителю этого было достаточно.

— Я шучу, — тут же раскрыла она все карты и забарабанила в комнату старшего. — Андрей…

* * *

Я бросил взгляд на кровать. Одеяло свисало, закрывая вход, так что Рин не должны заметить. Открыл дверь.

— Доброе утро, ма… — я замялся, видя волос в руке, но тут же исправился, — ма.

— Доброе, сын, — бросила она, и тут же разжала пальцы. Холодный роботизированный взгляд машины скользнул по комнате, подмечая каждую деталь. Она принюхалась, глаза сощурились.

— Маа-а-м? — протянул я. — Всё в порядке?

Почему-то подумалось, что сейчас, как в дурацкой комедии, Рин чихнёт. Всё же под койкой наверняка пыльно.

— Юная леди, покажитесь! — сказала мама.

— Эм? Мам? Ты о чём, вообще?

Не повелся я, а вот Рин, дура, зашевелилась.

— Я так и знала! — торжествующе произнесла мама. — Жду вас на завтраке, –холодно отчеканила она, развернулась и ушла.

Я ещё раз осмотрел комнату. Ничего не могло её выдать.

Красная до самых ушей девушка вылезла.

— Что меня выдало?

— Ничего. Тебя на понт взяли, а ты и повелась. Ну и волос она нашла.

Девчонка ещё сильнее начала краснеть. Псионик не имеет права так попадаться. Она отбила фейспалм. Огляделась в поисках зеркала.

— Только в ванне.

Девушка уже в открытую прошла туда.

— Ну как? — спросила она вернувшись.

— Мило, — сказал я, и она улыбнулась, её щёки немного заалели. — Идём.