— Таким образом, Татьяна Сергеевна, вы сначала придумали мне ошибки, затем снизили оценку. Как вы вообще додумались до такого? Вы понимаете, что мы каждое слово вылизали? Прогоняли текст через проверочные программы в сети. Синтаксис там полностью не ловится, но от сомнительных мест мы избавлялись. Натурально упрощали предложения. Оставляли только то, в чём были абсолютно уверены. Так что давайте, объясняйте каждому его ошибки!

— Больно ты умный, Колчин! — Распаляется училка. — Раз так, сам урок проводи!

Она выскакивает из класса и громко хлопает дверью. Обдумываю случившееся. Быстро прихожу к выводу, что поставил перед ней задачу, которую она не может решить. Именно поэтому ей пришлось ретироваться.

Следствие из этого вывода совсем удручающее. Если не со всеми, то со многими она поступила подло. Хаотически расставила неправильные запятые и, само собой, теперь не может объяснить, какими правилами руководствовалась. Нет таких правил.

Ну что ж. Не впервой справляться самим. Приступим…

Кабинет директора. После уроков.

— Колчин, ты опять революцию устраиваешь? — Ластик смотрит на меня устало.

— А ваши учителя опять фальсификациями занимаются? — На мои слова Татьяна Сергеевна дёргается.

— Вы видите, Пал Михалыч, видите⁈ — В голосе прорезаются визгливые нотки.

— Опять будем журнал переписывать? — Делаю вид, что Русалки рядом нет. — Мы подробно разобрали все сочинения. Класс признаёт только две четвёрки. В остальных работах нет ошибок. Если не верите, давайте соберём авторитетную комиссию. Запросим через управление экспертов.

Ластик морщится.

— А давайте, Пал Михалыч, без лишней волокиты? Пусть русский язык у нас Нелли Францевна ведёт?

— У Нелли Францевны нет профильного образования.

— Педобразование есть. Чтобы вести иностранный язык, надо и в русском разбираться. Приходится ведь какие-то параллели проводить. Не идеальный вариант, но только в вопросе замены учителя после Ильина я вам, Пал Михалыч, натурально, не доверяю.

У Ластика вид, будто он лимон жуёт.

— Хуже не будет. Татьяна Сергеевна сама говорит, что русский язык на пятёрку даже она не знает.

— А вы тем более! — Не остаётся в долгу училка.

— Вы нам не за весь русский язык оценку ставите, а за конкретную работу, — парирую выпад. — Так что извольте по натуральному произволу не придумывать ошибки.

— И думайте теперь, как фальсифицированные оценки исправлять, — встаю и направляюсь к выходу. — Ничему вас тот случай с Зуевой не научил.

— Я тебя не отпускал, Колчин, — строго останавливает меня директор. Пытается остановить.

— У меня через полтора часа занятия в музыкальной школе. И домой надо успеть…