Пролог
Раз за разом мне снится один сон. Сон о тех временах, которые уже точно не вернуть. О временах, вспоминая которые я часто думаю — а действительно ли это случилось со мной, или получилось так, что я просто помню чужую жизнь? Это сон о человеке с другим именем, из другой страны, и даже другого мира.
Да, я помню свою прошлую жизнь. По крайней мере, я надеюсь, что это моя прошлая жизнь, а не что-то другое.
В те времена меня звали Андрей Волков. Родился в четвертой четверти двадцатого века, в не самой на тот момент плохой стране с невероятным уровнем пропаганды и патриотизма.
Детство у меня было не простым, поскольку вырос я в военном лагере. Как я там очутился, и что стало с моими родителями я не знаю — мои первые воспоминания начинаются именно в лагере. Армейский нож в руки я взял раньше, чем ложку, вместо игрушек нам в руки давали пистолеты и автоматы, а честь отдавать я научился раньше, чем научился стоять на ногах.
Жизнь в те времена была непростой. Холодная война, все дела. Родина готовилась к возможной войне, и одновременно вела множество различных экспериментов по созданию «Абсолютного оружия», и, как оказалось, наш лагерь в целом, и я в частности, стали одним из примеров того, что получилось.
Сверхчеловек. Эспер. Существо, обладающее чудовищными в понимании обычных людей способностями. Но я оказался далек от приемлемого результата. Честно говоря — проект признали недееспособным еще на ранних стадиях, ведь из десяти лагерей и десяти тысяч испытуемых — ни один не показал достаточный уровень навыков, чтобы сравниться с «настоящими» Эсперами.
Когда правительство решило замести все следы, а нас пустили в расход — я ничего не понимал. Самое забавное было то, что за нами послали таких же Эсперов, как и мы, но «естественных». Тогда я впервые понял, почему нас забраковали.
Всего семь человек вырезали целый взвод военных, перебили всех ученных, и не неся потерь уничтожили весь наш лагерь вместе со всеми «бракованными образцами».
Тогда нам было лишь по четырнадцать лет, и я оказался одним из немногих выживших. Мне удалось сбежать, убив одного из той семерки — просто повезло, что он оказался слишком беспечным и не смотрел по сторонам.
Когда я оказался в открытом мире, совсем один, без чьего-либо покровительства и помощи, без документов, знакомых или денег — я понял, что значит выживать. Пусть в своем лагере я и не выделялся на общем фоне, но, подготовка у меня была, да и навыки тоже, не говоря уже о моих силах — посредственных, но, все же, необычных.
Жизнь на улице — непростая задача. Совсем непростая. Особенно для подростка, который умеет только убивать. Именно этим я и занялся — начал выполнять чужие заказы на убийство. Сначала за еду и деньги, а потом на меня обратили внимание не очень хорошие люди и поставили перед выбором — смерть или работа.