— Ошибаетесь, Марина Владимировна, — хмыкнул Волков. — Сейчас удивитесь. Да ещё как. Вы просили проверить дворянские корни нашего любимого Пал Палыча. Так вот, слушайте внимательно. До революции вся эта земля вокруг озера, включая территорию самого санатория и прилегающий лес, принадлежала знатному дворянскому роду Акининых.

Миша удивлённо нахмурился. Умный полярник быстро сопоставлял полученные данные.

— Акининых? — переспросил он. — В той старой исторической выписке, которую я нашёл в подвале, фигурировала другая фамилия.

— Всё верно, Миша, — подтвердил Волков. — Там была жуткая путаница с документами, смена фамилий и браки. Я привлёк знакомого историка, чтобы распутать этот клубок. Но суть одна. Наш вечно потеющий и суетливый директор, Павел Павлович Акинин, не однофамилец, а прямой потомок и законный наследник этого дворянского рода. Последний из могикан, так сказать. И он об этом прекрасно знает.

На кухне повисла тяжёлая тишина. Я посмотрела на Мишу. Его лицо начало каменеть. Широкие плечи напряглись. Острый ум мгновенно анализировал новую вводную.

— Подожди, Сань, — медленно произнёс Миша, чеканя каждое слово. — Если он считает эту землю своей по праву…

— То он годами готовил план по её возвращению, — закончил за него Волков. — Я проверил его старые связи и финансовые потоки. Миша, это настоящая бомба. Пал Палыч не просто подставная пешка, он родственник Гаврилова и главный режиссёр всего этого театра абсурда.

Мой мозг начал лихорадочно складывать фрагменты в единую картину. Разрозненные кусочки вставали на свои места с пугающей чёткостью.

— Хочешь сказать, что это он натравливал на нас всех врагов? — спросила я, чувствуя, как противный холодок бежит по спине.

— Именно! — эмоционально подтвердил Саня. — Вспомни свою бывшую жену, Миш. Кто ей шепнул про долги санатория? Кто подсунул ей нужные бумаги и убедил, что объект легко забрать? Наш тихий Пал Палыч. Он прекрасно знал её жадность. Знал, что она вцепится в эту возможность мёртвой хваткой. Он использовал твою бывшую жену как таран, чтобы расшатать твои позиции и выкинуть тебя из бизнеса.

Миша опёрся обеими руками о металлический стол. Костяшки его пальцев побелели. Белесые шрамы от антарктического обморожения резко выделились на коже.

— А когда Лена провалилась со своим рейдерским захватом и села в СИЗО за мошенничество, он понял, что грубая сила не работает, — глухо и страшно сказал Миша. — И тогда он позвал своего родственничка из Москвы. Полковника Гаврилова.

— В десятку, — отозвался Волков. — Идеальная теневая схема. Гаврилов получает свою лесную прачечную для отмывания грязных миллионов, а Пал Палыч возвращает себе родовое гнездо чистым и без долгов. Он дёргал за ниточки, оставаясь в тени.