— Это возможно? — жалобно смотрит японец на грозного кагэбэшника.

— На ее усмотрение — пожимает тот плечами — но скорость снизьте до приемлемой.

Повеселевший режиссер тут же отправляет джип за Ладой, и в нашем сценарии происходит небольшое изменение. Теперь я подбираю на дороге девушку, путешествующую автостопом, и к Каньону мы едем уже вдвоем. Волосы прибывшей Ладке укладывать из-за ветра бесполезно, а вот макияж приходится нанести. В результате, первый этап съемки затягивается еще на час, и на перерыв у нас времени не остается.

Потом вся съемочная группа перебирается на вторую точку — площадку на краю каньона. По пути мы проезжаем мимо нашей группы, весело отдыхающей под большими зонтами от солнца. Там громко играет музыка, народ вовсю расслабляется и с аппетитом поедает настоящее американское барбекю, запивая пивком. Только я, как дурак, ношусь на мотоцикле под раскаленным солнцем Аризоны, зарабатывая деньги для родного государства.

Еще и Альдона провожает недовольным взглядом сияющую Ладу. Блин, опять меня вечером ждут разборки. Доказывать Ледышке, что это всего лишь работа, бесполезно…

— Вить, иди хоть холодного пивка глотни! — кричит мне кто-то из парней

— Я тебе сейчас глотну! — рявкает и на него наш разъяренный кагэбэшник — Виктор за рулем мотоцикла, а ты ему спиртное предлагаешь!

— Да, ладно, я же так, из лучших побуждений…

Ну, ну…! А у Сергея Сергеевича от этих побуждений только что пар из ноздрей не идет.

Мы доезжаем до площадки, где будет сниматься завершающая сцена. Точка, в которой я должен буду остановиться, подъехав к ней на мотоцикле, заранее отмечена двумя плоскими камнями. Наш командир бодигардов выбирается из джипа, на котором передвигается охрана и часть съемочной группы, орлиным взором оценивает дислокацию. Потом вдруг подходит и демонстративно переносит оба камня на полметра — подальше от края каньона. Бедный режиссер даже не рискует ему возражать.

— Не стоит так нервничать, все будет в порядке! — пытаюсь я успокоить полковника

— В порядке?!! О каком порядке ты говоришь⁈ После этих гастролей ни одна медкомиссия не допустит меня до работы, потому что нервы стали ни к черту!

— Вы преувеличиваете опасность.

— Знаешь что Виктор! — шипит Сергей Сергеевич — С меня хватит! Если ты заедешь хоть на пять сантиметров за эти камни, я лично схвачу тебя за шкирку и заброшу в автобус. И гори синем пламенем все ваши съемки и контракты. Ты понял меня⁈

— Понял, понял… — примирительно поднимаю я руки, пытаясь погасить его нервяк. Сегодня наш полковник и, правда, разошелся не на шутку. Я его таким не видел даже в Париже, когда мы тело Веры забирали и казнили Саттера.