…Every bond you break

Every step you take

I’ll be watching you…

Альдона что-то собралась мне сказать, но Лада сделала ей страшные глаза. В салоне автобуса повисла благоговейная тишина. Даже водитель приглушил музыку в магнитоле.

Я начал отбивать рукой ритм на подголовнике переднего кресла:

Every single day

Every word you say

Every game you play

Every night you stay

I’ll be watching you.

Эта песня Стинга выглядит, как признания сильно влюбленного мужчины. Все эти «Каждый твой вздох, каждое твое движение…». Хотя на самом деле, она о безответной любви, о ревности, одержимости, о потере любимой и даже о последующей слежке за ней. Брак самого певца в момент написания «Every breath you take» окончательно рухнул, и Стинг писал исключительно о собственном душевном состоянии.

— Это снова про Веру песня? — нарушила молчание ревнивая Альдона, после того, как я закончил делать вид, что записываю слова — «Мне так холодно, я очень хочу тебя обнять…» Очень сильно!

За окном автобуса начал накрапывать дождик, погода в городе Ангелов внезапно испортилась. Капельки дождя ползли по стеклу дорожками слез, а мы намертво застряли в пробке, и что самое обидное — буквально за квартал до нужного нам места. Хоть выходи под дождь и дальше пешком добирайся до магазина.

— А какую клятву нарушила Вера? — удивился Роберт, но на него шикнули, и он прикусил язык. Музыканты тут же насели на меня с разными вопросами и требованиями выдать аккорды.

— Так, тихо! — я прихлопнул рукой по подлокотнику — Песня еще не готова, эта черновой вариант. Мне надо еще работать и работать над ней. Слова могут и поменяться.

— Уж, будь любезен — фыркнула Снежная королева — замени в тексте «несчастное сердце»!

Народ захмыкал, пряча улыбки. Наши сложные отношения уже давно не были секретом в коллективе. Как и ревнивый характер Альдоны.

— А кто вам сказал, что это вообще про Веру? — внес я очередную интригу, заставляя народ недоуменно переглядываться — К ней текст не имеет никакого отношения.

— Хорошо, а в каком жанре эта песня? — ко мне наклоняется Клаймич — Явно же не диско.

— Что-то типа софт-рока. А скорее даже в стиле новой волны. Сам пока не пойму. Но нам понадобится контрабас для записи.

— Ты серьезно: прямо сейчас, за пять минут сочинил эту песню⁈

— Нет, конечно! — засмеялся я — Первые строчки я написал еще в Союзе, а потом дописывал потихоньку. Нам нельзя петь только диско — это сейчас угасающий жанр, особенно в США.

Я чешу в затылке. Не слишком ли сильно сказал? Вон в Европе вот-вот начнется настоящий бум на итальянское диско. Да, и немцы еще дадут жару.