Ну, мало ли у человечества случайных суеверий? Рассыпал соль? К ссоре. Оно и понятно — соль в древности была очень дорогая, периодически случались соляные бунты. Теперь утилитарное значение утеряно, но человеческая память осталась. Черная кошка перебежала дорогу? И тут то же самое. В средние века разбойники часто ночью поджидали торговцев у обочин дорог. Спугнули случайно кошку, она перебежала дорогу, а в темноте все кошки выглядят черными. Те, кто проигнорировал примету — попали в лапы преступников. Те же, кто повернул обратно — спаслись и передали знания детям. Теперь, разумеется, разбойники редко когда поджидают путников у обочин дорог — но память, это такая субстанция, которая просто так не исчезает. А третьим не прикуривать? В англо-бурскую войну появились первые снайперы. Если вы закуривали в темноте — он вас засекал. На второго — прицеливался. Третьего убивал. И вот этот огромный груз народной памяти…

— Виктор, тысяча извинений!

Внезапно за моей спиной раздается гнуснавый голос Магнуса и я «выныриваю» из размышлений в реальный мир. Вскакиваю из-за ресторанного столика, пожимаю руку.

— Прости, что опоздал на наш обед, говорил по телефону с Вашингтоном.

Конгрессмен усаживается на стул, заправляет белую салфетку за ворот сорочки. Сегодня нам накрыли центральный столик в «The Thames Foyer». Сидим мы на самом виду, в декорированной, приподнятой над полом беседке, зато рядом с нами нет других столиков. Лучшее место во всем ресторане. И еда лучшая. Лобстеры, черная икра, суп из черепахи… Сильвино Тромпетто расстарался, когда узнал, что я заказал здесь столик на пятницу. Шикарный ресторан заполнен наполовину. Публика сплошь почтенная, в костюмах с галстуками. Респектабельные дельцы, лощеные банкиры, я даже не вижу тут обычных лондонских туристов. Оно и понятно, цены не способствуют. Разговоры все сплошь тихие, важные…

— … Есть трудности — Магнус дождался пока официант нальет суп и слегка поклонившись, уйдет — Последние годы предвыборное законодательство в США ужесточили, и прямой перевод большой суммы в мой фонд вызовет подозрения.

— Что же делать? — я намазал кусочек французского багета маслом и с удовольствием откусил

— О… Я все продумал. В Америке есть Национальная стрелковая ассоциация. Заключаем между ней и твоим фондом фиктивный договор на консультационное обслуживание. Переводим пять миллионов. Они эту сумму дробят между оружейными магазинами — членами ассоциации, например, предоставляя скидки на какие-нибудь конференции. Те делают тысячи пожертвований в мой предвыборный фонд.