Объяснять Магнусу, почему мне не нужны лавры героя особо некогда. Да и незачем. Я еще с итальянскими спецслужбами до конца не объяснился, так что терки с англичанами мне точно не нужны. Иначе из героя меня здесь быстро превратят в агента КГБ и замучают допросами. А там негласный обыск, обнаружат проклятый крест в номере — ага, у советского комсомольца! — и здравствуй МИ5. Или МИ6 — это уж как повезет. Так что нет, никаких советских героев. Герой у нас будет один — Магнус. А я так, случайно рядом оказался и помог ему. По мере своих сил. Магнус не сразу понимает, чего я от него хочу. Таращит на меня глаза, пытаясь нащупать хоть какую-то логику в моих словах. Но я могу быть очень убедительным, когда этого хочу.

— Уорен, сегодняшний день сделает из вас президента США — я прижимаю Магнуса к стене — Вы же поняли, что целью террористов был я и моя группа? Поэтому героем-спасителем будете у нас вы. Никто кроме меня не видел, что вы…немного растерялись и проявили слабость, а кто видел, тот уже не сможет ничего рассказать. И слабость с каждым может случиться. Итак, вот какой план. Вы хладнокровно выжидали момент, когда можно будет начать действовать, и нам повезло, что рядом с нами оказалась розетка. Вы поняли⁈ Вытащили провод, сунули в воду. Все просто. Потом мы вместе повалил решетку на Стэна.

Надо отдать должное — конгрессмен все понял очень быстро. Правда, для приличия посопротивлялся еще немного, уговаривая меня разделить славу хотя бы пополам. Но перспектива не только сохранить лицо, но и предстать перед миром героем, уже явно захватила его воображение. Он даже как-то подобрался весь и уже не выглядел жалко, как полчаса назад. Вот и прекрасно…! Пусть теперь политика прославляет телевиденье и пресса. Если хватит ума, то Магнус этот захват ещё долго доить сможет. Но мое странное поведение не дает ему покоя.

— Виктор, откуда в тебе такое…хладнокровие в таком юном возрасте? — Я пожимаю плечами.

— Это уже моя вторая встреча с преступниками — я снял пиджак, также закатал рукава рубашки — Про албанских мафиози читали? Читали. Соберитесь, сейчас мы идем делать из вас национального героя.

— А ты?

— А я лишь немного погреюсь в лучах вашей славы.

В холл мы уже выходим с ним совсем другими людьми. Магнус подобран, как перед прыжком, в глазах решимость спасти мир от террористов. Он идет быстрым шагом, и бедному полицейскому то и дело приходится забегать вперед, чтобы показать нам дорогу. Полиция собрала всех заложников в одном из закрытых помещений отеля и попросила разбиться по группам — кто с кем сидел в ресторане. Сейчас их опрашивали, чтобы установить личность каждого, а заодно видимо и удостовериться, что среди них не затесались пособники преступников. Мы тоже держимся вместе. Магнус безошибочно выделяет из толпы начальство и направляется к нему. Представляется и деловым тоном просит немедленно снять с нас показания. Нам есть, что сказать и это очень важно для следствия. Вокруг нас сразу начинается суета, и вскоре с нами уже беседует какой-то высокий полицейский чин.