— Что же вас так развеселило, товарищ Мещерский? — спросил молчавший до этого Марьямов, — Или для вас товарищеский суд сродни цирку? А может, вы считаете, что в ЦК окопались враги, мечтающие только о том, чтобы навредить карьере одного режиссёра? Не стесняйтесь, говорите.

Ладно, была у меня мысль перевести всё в шутку, но они сами полезли в бутылку. Только зачем приплетать ЦК? Это у него такой способ давления или защитная реакция?

— Две замечательные дамы правильно заметили, что надо более детально разбирать суть вопроса. Вы просто обязаны были внимательно изучить ситуацию, — начинаю с издевательской улыбкой, — Но столь авторитетная организация даже не удостоилась уточнить элементарные вещи. Я не являюсь членом Союза кинематографистов СССР. Сначала я был простым слушателем ВКСР, что не гарантировало моего дальнейшего пребывания в советском кинематографе. Далее, при трудоустройстве на киностудию имени Горького, никто не спросил наличие членского билета СК. То есть ваш суд является форменной профанацией, так как не имеет никаких юридических оснований. Меня могут судить коллеги по Горького, так как «Прогресс», несмотря на свой хозрасчётный статус, является структурным подразделением киностудии. А вы — просто посторонние люди, зачем-то попытавшиеся лезть в мою жизнь.

Краем глаза замечаю, что Чухрай с трудом сдерживает смех. А вот лица остальных членов президиума выдают самую разную гамму эмоций, но точно не положительных. Давненько их прилюдно не макали в какашку.

— Так почему вы нас не предупредили? — растерянно воскликнул Кулиджанов.

— Просто хотелось поучаствовать в подобном мероприятии и заодно узнать отношение коллег к моей персоне. Сегодня, кроме удовольствия от происходящего вокруг, я получил необходимую пищу для размышлений. За это уважаемым коллегам огромное спасибо! — откровенно издеваясь, делаю полупоклон в сторону, зала и обращаюсь к Марьямову, являющемуся парторгом СК, — Предвосхищая ваш вопрос, Григорий Борисович — членом КПСС я тоже не являюсь. Потому с моей стороны не было реакции на ваше письмо о вызове меня на партсобрание. Если у МВД или иных структур есть ко мне претензии по нарушению Административного или Уголовного кодекса, то я буду отвечать, как любой советский гражданин. Но у вашего СК нет права судить Алексея Мещерского. Поэтому я покидаю это удивительное мероприятие, уж слишком много времени оно отняло.

В звенящей тиши выхожу из зала и двигаю на выход. Надо дождаться Серову с Пузик и отвезти их, куда скажут. Чую, что получу я от них хорошую трёпку. Но это уже не испортит моего отличного настроения. Только ради реакции коллег на мои слова стоило посетить это бредовое мероприятие. Я никогда не видел такой квинтэссенции ненависти, растерянности и зависти. Они зарядили меня эмоционально на пару месяцев вперёд. Хотя, это окончательный развод и объявление войны, но всё давно шло к подобному итогу.