Считается, что дети нуждаются в родителях. Но никто не предупреждал, что иногда всё работает ровно наоборот.
Алиса поняла это в девять лет. Её мама — взрослый человек, который умеет делать искусственное дыхание кошкам, собирать чемодан за три минуты и спорить с налоговой до полного их морального уничтожения. Но при этом мама совершенно не умеет нравиться мальчикам. Точнее, умела, но давно забыла. Последний раз, когда мама красила губы не для похода в магазин «Пятёрочка», Алиса ещё не родилась. А последний мужчина, который держал маму за руку, ушёл за сигаретами шесть лет назад. Сигареты он, видимо, выращивает на плантации в Бразилии.
Алиса сидела на деревянной скамейке в лагере «Дубки» и смотрела, как вожатая Настя пытается построить отряд в колонну по два. Настя была молоденькая, розовощёкая и совершенно беспомощная. Она кричала «Равняйсь!», а дети равнялись кто куда. Получалась кучка первоклассников, обсуждавших, кто кому вчера показал язык. Алиса сидела в стороне с блокнотом и делала вид, что записывает что-то важное. На самом деле она ждала вечера, чтобы позвонить маме и сказать, что кормят кашей с комками, а в туалете пахнет дохлым хомяком.
Мама, конечно, ответит: «Потерпи, дочка, это полезный опыт». Но Алиса знала, что через три дня мама приедет и заберёт её. Мама всегда так делает. Боится, что Алиса скучает, грустит или недоедает.
— Смирно! — крикнула Настя.
Отряд замер на полсекунды и снова загудел. Кто-то толкнул соседа локтем, кто-то заплакал, потому что ему наступили на ногу. Алиса вздохнула и закатала глаза. Лагерь был ошибкой, вожатая не справлялась. В блокноте появилось: «Дубки — худшее место на земле». Алиса тут же зачеркнула фразу жирной линией, чтобы мама случайно не увидела и не расстроилась.
Она поднялась со скамейки и пошла к качелям под старой берёзой. Там никто не качался — все бегали за мячом. Алиса села, оттолкнулась ногой и закрыла глаза. Ветер трогал косички. Почти как дома, только пахло варёной капустой и сырой травой.
Рядом послышались шаги. Тяжёлые, уверенные, но при этом крадущиеся. Алиса открыла глаза. Перед ней стояли трое мальчишек. Тот, что посередине — лысый, с большим носом, смачно жевал жвачку.
— Эй, малышка, — он выплюнул жвачку в траву. — Слезай. Нам качаться.
Один его дружок был толстый и красномордый, второй — тощий и прыщавый. Типичная банда, которая собирается в каждом лагере на второй день.
— Я не малышка, — сказала Алиса. — Меня зовут Алиса.
— А мне плевать. Слезай, сказал.
Алиса осталась на месте. Рука в кармане шорт нащупала маленький баллончик. Мама дала его перед отъездом и строго наказала: «Пользуйся только в крайнем случае. Брызгай в глаза и беги».