Аринэль, при мыслях о ранении Таши, видимо рефлекторно прижал девушку к себе. Мерное дыхание орчанки стало чаще, веки дрогнули. Её рука, лежащая на животе, слегка дернулась, пальцы самыми кончиками погладили парня.

— Ты здесь, — тихо произнесла девушка. — Ты мой.

Её дыхание слегка щекотало кожу. Кто сказал, щекотало? Это была далеко не щекотка. Аринэль улыбнулся. Всё-таки, молодость — это очень интересное состояние. Особенно в части возбуждения.

Таша приподнялась, смотря в его глаза. В этих чёрных омутах промелькнуло вполне конкретное, легко понимаемое желание. Левой рукой она пользовалась осторожно, стараясь не делать резких движений и не напрягать. Аринэль, сдвигаясь на ложе, чтобы не потревожить сон Дары и Цеси, тоже делал всё, как можно более плавно. Они так и не сказали друг другу ни единого слова, собственно, это было и не нужно…

…Сон, наполненный обрывками кровавых картин, отзвуками горечи и ярости, наконец-то отступил. Дара проснувшись, некоторое время лежала с закрытыми глазами, ощущая прижатое к ней мягкое женское тело. Всё-таки Аринэль как-то интересно выбрал себе женщину. Маленькая, худая. И странная. Такой надо сидеть в шатре и носа наружу не казать. А она сбежала из Брайбо, чтобы быть рядом с Айри…

Дара резко обернулась, услышав за спиной характерный звук. Это был…

— Эй! — возмутилась девушка, увидев, что сестра оседала Айри и они вовсю развлекаются!

Таша чуть приоткрыла глаза и по её губам скользнула слабая, но довольная улыбка. В следующую секунду она наклонилась вперед, убыстряя темп, и ее лицо скрыли волосы. Дара несколько мгновений раздувала ноздри, а потом решительно встала. Цеси, когда оказалась вне её объятий, что-то пробормотала и повернулась на живот.

Дара торопливо разделась, чуть ли не выпрыгнула из штанов и, опустившись на коленки рядом с парнем, впилась в его губы. Мужские ладони легли на её плечи. И девушка натурально застонала от радости, прямо во время поцелуя.

Оторвавшись, Дара оглядела парня. Наконец-то этот синеглазый красавчик оказался в их руках! Как же завидовали… В сердце кольнуло горечью, когда орчанка вспомнила, сколько её ровесниц остались в степи, на берегу реки, возле замка… Тут Аринэль, по лицу которого пробежала болезненная гримаса, сам притянул её к себе, выбивая поцелуем все эти воспоминания. И Дара со всей душой устремилась навстречу волне кружащих голову ощущений…

* * *

Солнце вставало, прогоняя ночную прохладу. Дымки из центра шатров превращались в уверенные струи. Женщины, что хранили очаг, начинали готовить еду. Дети, зевая, потянулись к ручью, с вёдрами. Девочки, которым ещё рано было садиться в сёдла, были одеты в длинные, но свободные светло-серые платья, парни в обычную орочью одежду, то есть безрукавку и штаны. Все были босые, потому что на этих сорванцов сапог же не напасёшься. Вслед за ними вскоре пошли и взрослые, только умываться. Проходя мимо второй, малой палатки Хейгаров, они понимающе улыбались. А кто помоложе пытались заглянуть в щёлку. Из палатки доносились очень характерные и довольно громкие стоны. Один из мужчин, со шрамом на лице, отвесил подзатыльник очень уж заинтересовавшемуся юноше.