— Да, Бэззи, самое вкусное я приберег для вас напоследок. Большевики приняли к себе более полутора миллионов евреев из разных стран Европы, говорят, даже из Франции и Бельгии, и многие из них не в восторге от места своего пребывания. Нам предложили переселить в Палестину примерно четыреста тысяч беженцев, семьями, среди них много парней призывного возраста. Русские готовы снабдить их винтовками, исключительно для самообороны. Если вдруг немцы прорвутся в Палестину, то у нас там будут очень мотивированные защитники, которые не дадут гуннам так просто пройти маршем по Иерусалиму. Питание переселенцев на первые пару лет берутся обеспечить сионистские организации. Они же завезут инструменты и оборудование, как строительное, так и сельскохозяйственное.

— И что хотят за это русские?

— Они ничего не хотят — мы избавляем их от кучи нахлебников, которые советской власти не очень-то и нужны. Это еще и враждебный большевикам элемент. Мне предложили лицензию на производство дешевого и надежного пистолета-пулемета, его уже испытывают наши военные. Первые отзывы весьма обнадеживающие.

— Эта идея не такая уж и бесспорная, я бы тут не доверял большевикам… — осторожно заявил майор.

— Бэззи, я им в принципе не доверяю… — Черчилль нервно скомкал остатки сигары и отбросил их в пепельницу, промахнувшись мимо. Гарт уловил раздражение премьер-министра, которого давно осаждали островные сионисты. Сейчас к ним присоединился посол СССР.

— Уинстон, одной лицензии на пистолет-пулемет будет мало. Выпросите у Сталина что-то еще и соглашайтесь!

Гарт ушел от удовлетворенного Черчилля с предчувствием, что они совершили сейчас какую-то ошибку, может быть, и в еврейском вопросе. Но он понимал, как тяжело сейчас Британии, потерявшей костяк сухопутной армии из-за бездарности французского командования (да и наше было хорошо, для справедливости про себя отметил). Так что майор шел к себе в отдел раздумывая над последним вопросом, заданным премьер-министром.

— Бэззи, советы практически в открытую начинают нам помогать, причем в таких масштабах, что не заметить это невозможно. Почему?

Он заверил Черчилля, что это признак того, что Сталин твердо решил выступить против Гитлера, вот и провоцирует его начать войну. А на последовавший вопрос о сроках нападения СССР на Германию ответил, что скорее всего, СССР будет ждать нападения Германии из-за позиции США, которая будет помогать только государству-жертве, а не государству-агрессору. И посоветовал потомку славных герцогов Мальборо намекнуть советам, что мы можем гарантировать помощь США, хотя и придется для этого постараться. И все-таки, где же он был неправ?