Единственный человек, с которым я общался и который был хоть немного связан с оружием — это Афоня. Логика подсказывала идти с расспросами к нему.

Ключ от входной двери валялся на тумбочке. Я взял его и, заперев за собой дверь, вышел в коридор.

Тут кипела работа. Ни на минуту не останавливались внутренние процессы, обеспечивающие работу заведения. Интересно, много ли Корсаков зарабатывает на проституции? Мысль была странная, но сейчас совершенно неуместная.

Я прошел по коридору, уворачиваясь от идущих навстречу прачек. Женщины тащили охапки белья в одни комнаты и выходили с аккуратно сложенными стопками из других.

Мадам я застал на своем обычном месте, и она, внимательно посмотрев на меня, коротко кивнула.

Кивнув в ответ, я прошел в сторону закутка, где обычно сидели охранники. Из этого «орлиного гнезда» они зорко следили за происходящим в холе и могли быстро среагировать на неожиданные ситуации.

К моему огромному сожалению Афони на месте не было. Я спросил, где он, но получил лишь невнятный ответ, что сейчас не его смена. Это был тупик.

Спрашивать у других охранников о скупщике я не рискнул, ведь среди них был предатель. Не было никакой гарантии, что мадам нашла его и избавилась от нежелательного присутствия соглядатая.

Анфиса Петровна! Мысль была хорошая. Рассказать все мадам и попросить ее посодействовать, казалось бы, подходящее решение, но было одно «но». Я и так слишком сильно стал от нее зависеть. Она была посвящена во многие мои тайны. И принимала участие в моих делах, особо меня не спрашивая. Не получится ли так, что постоянными просьбами я уроню свой авторитет в ее глазах? В конце концов, что за глава Рода, который не может решить вопросы самостоятельно? И по каждому поводу бежит искать поддержки у «мамочки».

Так что я решил искать Афоню своими силами. Вернувшись к «посту охраны», я настойчиво стал выяснять, где мне найти Афанасия. После нескольких минут сопротивления, один из охранников сдался и рассказал, что комната Афони в самом конце правого крыла на первом этаже. Но сейчас он спит, а добудиться его все равно, что медведя зимой: сложно и опасно. Так сказать, не буди лихо. При этих словах два других охранника одобрительно заржали.

Я поблагодарил человека за информацию и направился будить лихо. Прошел мимо стойки и заметил, что мадам внимательно за мной следит. Не останавливаясь, проследовал в коридор, указанный мне охранником, и отправился в самый его конец.

Дойдя до последних комнат, вдруг понял, что не спросил справа или слева находится нужная мне дверь. Поленившись возвращаться и не желая стать поводом для насмешек охраны, я постучался в правую дверь. Оттуда незамедлительно раздалось: «Входите!»