Вообще-то, единственное, что объединяло обоих мужчин, был цвет глаз. У обоих были яркие светло-зеленые радужки, что сначала навело Лиссу на мысль, будто они братья. Однако это было простым совпадением, правда Кэл признался, что люди часто обращали на это внимание.

С тех пор и до последнего времени (шесть месяцев назад, когда возникла проблема с ее дядей Доном и Норманом Скаддером) Лисса проводила в их квартире столько же времени, сколько и в своей. Она отмечала с ними дни рождения и праздники, так как у них, похоже, не было семьи, и заботилась об обоих. Кэл оказался гурманом и отличным поваром и готовил ей особые угощения, а Адам был мастером на все руки. Он чинил машину Лиссы последние три раза, когда она ломалась, и научил ее проверять масло и давление в шинах.

Иногда Кэл становился слишком ребячливым, а Адам, наоборот, слишком задумчивым, но в целом, оба мужчины были совершенством. Лисса часто сидела между ними на диване и мечтала соединить их в одного мужчину, такого, с которым она могла бы встречаться, вместо того, чтобы просто проводить время. Она не думала, что могла бы выбрать одного из них, а перспектива обидеть одного, чтобы встречаться с другим была невыносима.

Порой, когда они сидели вместе, и оба мужчины обнимали ее, руки Адама – за плечи, а Кэла – за талию, Лисса ловила себя на мысли, что испытывает удовлетворенность, правильность, которую не могла объяснить. Было так хорошо ощущать себя между двумя большими мужскими телами, ощущать заботу и защищенность. Иногда она даже задумывалась каково это было бы, заниматься любовью с ними обоими одновременно, но это было дерзкой фантазией, которая, она знала, никогда не осуществится.

Самой мысли о том, что они оба, одновременно будут в ней, заполняя ее, двигаясь в ней, было достаточно, чтоб возбудить ее и намочить трусики, и ей было интересно знать фантазировали ли об этом когда-нибудь Адам и Кэл. Наиболее близко к своему первому сексуальному опыту с ними обоими Лисса подошла за неделю до начала всех ее проблем. Ее тетя проиграла борьбу с раком груди, а дядя топил свои печали в баре. Остро ощущая потерю и одиночество, Лисса пришла к друзьям, за утешением. Предполагалось, что это будет ночь угощений и веселья – Кэл сделал пиццу с инжиром и прошутто[3] с хрустящей пармезановой корочкой, а Адам достал игру Монополию. Но где-то между пиццей и настольной игрой Лисса больше не смогла сдерживать свое горе. Она расплакалась и не могла остановиться, ненавидя себя за слабость.

Она до сих пор помнит, как Адам подхватил ее на руки, отнес в свою комнату и осторожно уложил на двуспальную кровать. Потом лег позади нее, обернувшись вокруг ее тела. Кэл расположился спереди и обнял обоих – ее и Адама – притянув к себе.